Давай не отпускать друг друга

 — Ты что, пытаешься меня развести на то, чтобы я отвел тебя в спальню и показал там всю свою «ущербность»?

— А ты отведешь?

— Нет.

— Ну, я так и думала, — Ирина вздохнула, одним глотком осушила бокал и поставила его перед Игорем. — Освежите посуду, поручик. Я не про то, что ниже пояса, Игорь. Я про то, что вот здесь, — она постучала пальцем по виску. Или здесь, — прижала ладонь к левой груди. — Хотя кто тебя знает… Каким местом такие, как ты, любят.

Игорь молча наполнил бокал Ирины. А потом задумчиво покачал коньяк в своем.

— Ты прямо как моя матушка. Она тоже начитается инстаграмных психологов, а потом начинает нам с отцом психологические портреты составлять и диагнозы ставить. Рассказывает нам, что мы думаем и что чувствуем. Очень обижается, когда мы не подтверждаем ее предположения о травмах детства.

— Золотов, не заговаривай мне зубы!

— А я ей сказал, что это у меня сейчас будет травма, — продолжил так же меланхолично Игорь, не обращая внимания на ее слова, — когда она мне спустя двадцать пять лет припоминает какую-то девочку в первом классе, которая за мной таскалась везде и проходу своим вниманием не давала. И якобы я из-за этого не доверяю женщинам и перегибаю палку с контролем в отношениях.

— Ты меня не собьешь! Хочешь сказать, что я не права? И ты сидишь тут мрачнее тучи не из-за бабы?

— Конечно, нет.

Ирина смотрела на него молча. А потом встала и прошла в ванную. Вернулась быстро, отхлебнула шампанского и села на свое место.

— Прокладки, тампоны, крем для рук и лица, губная помада, ванильный гель для душа — это все твое? Как давно вы воображаете себя женщиной, поручик? Вы хотите об этом поговорить?

— Неприлично лазить по чужим шкафам.

— Неприлично врать старым друзьям, Золотов!

Ответа у Игоря не нашлось. Он молча цедил коньяк.

— Знаешь, а мы ведь в академии с девчонками из группы гадали — сможет тебя кто-то хоть на какие-то чувства развести, — задумчиво продолжила Ира. — А получалось развести только на секс. И мы дружно решили, ты не способен на чувства. Есть такие люди. Их называют — эмоциональные импотенты. А ты вон чего… Как оно там, Игореша? Ломает, да? Таких, как ты, должно сильно ломать. Нет, ну надо же… Прямо глазам своим не верю, — Ирина покачала головой. — Смотри-ка, сподобился… Дожила я до того светлого дня, когда Игорь Золотов влюбился.

Игорь встал, прошел к холодильнику и стал доставать оттуда все подряд.

— Ты есть хочешь? Я голодный.

— Давай, корми, хозяин, — хмыкнула Ирина. Сама себе долила шампанского. — А от ответа не уходи. Как ее зовут?

— Не скажу.

— Все ты мне скажешь. Еще выпьешь — и скажешь.

— И не надейся, — Игорь поставил на плиту сотейник. — Курицу с макаронами будешь?

— Буду.