Мой друг тролль

Когда она добралась до призрака на лодке в сияющем тумане, Карлссон хмыкнул.

– Не веришь? – обиженно спросила Катя. – Думаешь, это все ерунда?

– Ага, – сказал Карлссон. – Пустое занятие. Бесполезное и опасное. Если водяной дух слаб, зачем он вообще нужен, а если силен, то с ним не справиться.

– Критиковать-то всякий может. А ты попробуй, вызови духа сам.

– А что сложного в том, чтобы позвать водяного? – удивился Карлссон.

Катя фыркнула.

– Позвать – ничего сложного, – согласилась она. – Проблема в том, чтобы он пришел.

Карлссон подумал и согласился:

– Действительно, проблема. Водяные духи храбростью не отличаются. Если вызывать водяного буду я, он, скорее всего, удерет подальше. Когда мне понадобится водяной, я его звать не стану: найду его обиталище сам и выволоку наружу.

– Да-а? – протянула насмешливо Катя. – Как интересно! И как же ты будешь искать жилище духа?

– Учую.

Катя засмеялась.

– Что тут смешного? – буркнул Карлссон.

И Катя захохотала еще громче.

Больше всего ее прикалывало в шутках Карлссона то, что он изрекает их с абсолютно серьезным видом.

Когда Катя отсмеялась и отдышалась, Карлссон положил скрученный гвоздь на подоконник и потребовал:

– Опиши-ка мне это озеро.

– Так я и думал, – заявил он, когда Катя закончила. – В этом озере вообще не может быть водяного. А если он там каким-то чудом уцелел, то это полудохлый затравленный уродец.

– Нет же! – горячо возразила Катя. – Лейка видела духа собственными глазами. Он был прекрасен! Плыл на ладье и весь сиял…

– Это был не дух.

– А кто?

– Ряженый.

– Тьфу, – с досадой сказала Катя. – Вы что, с Димкой сговорились, что ли?

– Твои маленькие ведьмы ничего не понимают, – пренебрежительно сказал Карлссон. – Или разыгрывают представление с какими-то своими целями. Зачем тебе связываться с балаганщиками?

И название у них плохое, – проворчал он.

Катя фыркнула, отвернулась и снова принялась перекладывать карты на мониторе.

«Ничего он не понимает», – сердито подумала она, не желая признаваться сама себе, что слова Карлссона ее смутили. Но чудеса были так близко, и так хотелось верить не скептикам, а очевидцам…

Катя снова подумала о Диме, заулыбалась – и выпала из реальности. О Карлссоне она просто забыла, а когда вспомнила, то обнаружила, что провела в мечтах и безделье минут двадцать. Оглянувшись, она встретилась глазами с Карлссоном – он все так же сидел и смотрел на нее спокойно и доброжелательно. Катя невольно почувствовала раздражение.

«Чего он сидит тут, будто каменный? – подумала она и снова отвернулась к экрану. – Хоть рассказал бы что-нибудь.