Мой друг тролль

Ротгар замучает его и Хищника, а потом доберется до Кати…

Уныние, ощущение беспросветности и бесполезности собственного существования сковывали сознание и волю – единственное, что у Димы оставалось.

«Надо разозлиться», – подумал он.

Но разозлиться – не получилось. Апатия овладевала Димой.

«Сосредоточься, – велел он сам себе. – Ты еще жив. И вполне возможно, этот паралич – всего лишь гипноз. Если это гипноз, то можно заставить себя двигаться. Воля человека сильнее злого колдовства. Воля и вера».

Веры у Димы было маловато, он это понимал. Но сдаваться нельзя. Гипноз – это всего лишь внушение. Они заставили Диму думать, что он парализован. Он представляет, что парализован, хотя на самом деле ничто не мешает ему встать.

Сейчас он встанет и пойдет…

Ничего не получилось. Дима по-прежнему лежал на ковре и глядел в потолок, не в состоянии пошевелить даже глазными яблоками.

«Ладно, – подумал Дима. – Попробуем постепенно».

Начнем с дыхания.

Сейчас Дима не чувствовал, что дышит, но он определенно дышал, иначе уже умер бы.

Итак, представляем себе дыхание. Представляем, как расширяется грудная клетка, как воздух втекает внутрь, наполняет легкие, всасывается в кровь…

Дима по-прежнему ничего не чувствовал, тем не менее что-то происходило. Апатия немного отступила, зато очертания светильников на потолочной панели почему-то начали расплываться.

Дима не знал, хорошо это или плохо, но продолжал свой аутотренинг и даже внес в него поправку. Теперь вместо «спокойного дыхания» он представил более интенсивное. Мощный плавный вдох, короткая задержка, резкий выдох… Такому дыханию учили на тренировках. Концентрация и пробуждение боевого духа…

Источники света совсем расплылись, превратившись в концентрические размытые круги. Эти круги «плавали» над Димой, вызывая нечто вроде головокружения (хотя какое может быть головокружение у того, кто не чувствует головы?), и тут Дима мигнул. По собственной воле.

То есть он не сразу понял, что мигнул. Просто «картинка», которую он видел, вдруг снова стала резкой. А потом сдвинулась, захватив кусочек стены. Это была победа. Его глазные яблоки снова двигались…

Сколько времени потребовалось Диме, чтобы снова научиться опускать и поднимать веки, определить было трудно. Много. Но он ощущал душевный подъем. Дело пошло, пошло… Минута ликования… И невероятная усталость. Дима попытался воспротивиться нахлынувшей слабости, но сознание заволокло туманом, и он вырубился.

* * *Карлссон поднимался по узкой каменистой тропке. Он крался так осторожно, что его не заметил бы и леший, случись такой в Скансене. Разыскать сидов в этом огромном холмистом парке оказалось проще простого. След был настолько отчетлив, что Карлссон насторожился.