Друг сына

– Пф-ф-ф… Откуда? – хмыкает она презрительно, – он, оказывается, свалил из страны еще в тот день, когда машина Свята только черту города пересекла. И все это время был на связи с ним, скот. Врал, что ждет, договоры какие-то скидывал по почте, то мне, то ему… Но это уже потом выяснилось. Он все бабло, что назанимал, через оффшоры перекачал. Концов не найти. Официально, по крайней мере.

– А неофициально?

– Это уже не мое дело, – закатывает глаза Вера, – мне вот плевать, что с ним будет. Свят, судя по всему, завелся серьезно.

– А кто он вообще? И как все закончилось? – запоздало интересуюсь я, тут же ощущая прилив совести, орущей, какая я плохая подруга, что спрашиваю о таком спустя практически два дня!

Но тут у меня есть малюсенькое оправдание: Матвей очень качественно умеет проводить реанимационные мероприятия. Так, что голова отключается на раз-два.

Я же до Верки так и не добралась за эти дни. Даже позвонить не смогла, потому что разговор наш в два телефонных слова не уложишь, а долго и обстоятельно… Кто ж мне дал на это время?

Сначала Матвей, потом Димасик, весь такой внезапный, зарулил к маме на утренние блины. Едва успела водолазку надеть, чтоб скрыть расписанную разбойными губами и пальцами его приятеля кожу.

А затем – снова Матвей.

Прогульщик, тоже мне… Как там без него его отдел внутренней безопасности всего здоровенного холдинга целые сутки справлялся?

– Вот опять ты! – негодующе щурится на меня Верка, отпивает из бокала терпкую пьянящую жидкость, – завидно же! На вот, лимон съешь!

– Прости…

– Да что прости? Я же говорю, молодой любовник… Дорвался, как я понимаю? Удивительно, что еще ходить можешь.

– Ну ладно, хватит про аферы Волынского, чтоб ему так икалось и никак не разыкалось, чем все закончилось-то?

– Да ничем… – отводит взгляд Вера, – стрелка плавно переросла в вечер встречи выпускников морского училища.

Она морщится, снова отпивает.

А я вглядываюсь все внимательней. Не нравится мне это состояние Веры. Слишком хорошо ее знаю, чтоб взять и просто так поверить.

– Вер?

– Ну что, “Вер”? – не выдерживает она, – все! На этом все.

– А деньги? И вообще… Какого черта, Вер?

– Деньги… – задумчиво тянет она, – деньги – это теперь, типа, Вовочкина проблема, а не моя.

– А то, что ты там везде в документах, как лицо, материально отвестственное, фигурируешь?

– Ну… Официально все еще на мне. И бизнес Вовкин, и долги.

– Черт… – выдыхаю я, – то есть, вмешательство Леванского не помогло?

– А как оно может помочь? – пожимает плечами Вера, – исчезнет мое имя с официальных доков? Или из госреестра?

– Ну ведь все же понимают, что тебя подставили?

– Конечно, – фыркает Вера, – но это было ясно и до вмешательства Левана. Я не зря же не хотела, чтоб ты приезжала.