Друг моего парня

Пронзительно-остро, невероятно чувственно… Горячо, как в центре проснувшегося вулкана. Два прекрасных, горячих мужчины – и я, тесно зажатая между ними… Касаясь их раскаленной кожи, я словно сама превращалась в пламя. Горю и разжигаю их страсть еще сильнее.

Все сильней, грубей, жестче… Они проникают в меня с первобытной яростью, заставляя меня забыть обо всем. Я уже сама целую Джареда, прикусываю его губы, шепчу что-то, не понимая – что именно – и снова срываюсь на гортанный, отчаянный крик. Словно мечусь в безумии, извиваясь между Оуэном и его другом. Без стыда, без малейших проблесков раскаяния.

Рука моего парня скользит вдоль моего позвоночника: вверх – ладонью, вниз – кончиками ногтей. Царапая кожу, делая все ощущения еще более яркими и откровенными. Сводя меня с ума этими поглаживаниями.

Я таю, таю в этом пламени. Чувствую, как внутри туго сворачивается пружина вожделения. Как вибрирует от напряжения каждая клеточка тела. Все нервы просто обнажены, чувствуют, кажется, даже малейшее прикосновение воздуха… Так не может продолжаться долго. Я не выдержу, не выдержу… И я не выдерживаю.

Пружина распрямляется, заставляя мое тело выгнуться дугой. Острая молния оргазма прошивает его огненной искрой насквозь. Уничтожает весь мир в ослепительно – яркой вспышке. Я словно на миг покидаю тело. Ничего не слышу, не вижу… плыву в невесомости – и падаю обратно, опустошенная, но счастливая.

Мой парень тоже едва держится. Его движения резкие, лихорадочные. Он пронзает меня в последний раз, особенно глубоко – и замирает, тесно прижавшись к мокрой от пота спине. Джаред держится еще несколько мгновений, продолжая пронзать мое тело. Выдыхая хриплые стоны, прикусывая губы в попытках сдержаться… Но и его силы не безграничны. Гортанное рычание – и он падает рядом с нами на подушки.

Тишину нарушает только стук наших сердец да взволнованное дыхание. Мы медленно приходим в себя среди мокрых от пота простыней. Я чувствую, как глубоко внутри снова начинает шевелиться паника, но загоняю ее вглубь рассудка. Я подумаю об этом потом… Еще будет время понять, что произошло и как реагировать на это сейчас же я просто хочу наслаждаться обществом этих мужчин.

– Синтия, детка, ты просто супер…

Чьи губы коснулись моего виска? Я не знаю… Веки словно налились свинцовой тяжестью. В висках все еще набатом стучит пульс. Да и важно ли это? Где-то под страхом, стыдом, паникой, глубоко внутри уже зреет уверенность: ничего страшного не случилось. Все хорошо. Все правильно. С этими мыслями я погружаюсь в глубокий сон.

Утром я проснулась одна в постели. Все, что случилось ночью, казалось безумным горячечным сном.