Дорогой друг Декстер

Я чувствую, что… Черт! Ты вот-вот женишься, но по-прежнему ни черта не способен уяснить.

У светофора на Пятнадцатой северо-восточной улице Дебора повернула направо. Теперь слева от нас находилось то, что осталось от мола Омни, а впереди маячила Венецианская дамба.

— У меня плохо обстоят дела с эмоциями, Дебс, — сказал я. — А насчет женитьбы я, честно говоря, не знаю. Но мне очень не нравится видеть тебя несчастной.

Дебора затормозила рядом со старым зданием «Геральд» напротив стоянки маломерных судов и развернула автомобиль, чтобы мы могли видеть дамбу. Сестра немного помолчала, тяжело вздохнула и промолвила:

— Прости.

Это застало меня врасплох, ведь я сам готовился произнести нечто подобное, хотя бы ради того, чтобы смазать колеса нашего общения.

— За что, собственно? — Я мог бы облечь вопрос в более элегантную словесную форму, не потеряв смысла.

— Я не хочу ничего сказать… Я знаю, Декс, что ты другой. Я изо всех сил стараюсь к этому привыкнуть. Ты — мой брат.

— По усыновлению, — вставил я.

— Ты прекрасно знаешь, что все это — собачье дерьмо. Ты — мой брат. И я сознаю, что сейчас ты тут только ради меня.

— А вот и нет. Я просто надеялся, что позже мне удастся произнести в микрофон «Вас понял».

— Ладно, — фыркнула она, — если тебе так хочется, можешь оставаться задницей. Но тем не менее спасибо.

— Пожалуйста.

Дебора взяла радио и спросила:

— Доукс, чем он занимается?

— Похоже, говорит по сотовому телефону, — после короткой паузы ответил сержант.

Дебора немного подумала и, нахмурившись, обратилась ко мне:

— Как ты считаешь, с кем, находясь в бегах, он может беседовать по телефону?

— Например, организовывать себе выезд из страны. Или…

Я замолчал. Мысль была настолько глупой, что ей следовало автоматически покинуть мою голову, но она вместо этого принялась прыгать по серому веществу, размахивая красным флажком.

— В чем дело? — поинтересовалась Дебора.

— Нет, это невероятно. — Я покачал головой. — Полный идиотизм. Одна дикая мысль не желает уходить.

— Насколько дикая?

— А что, если… Я же говорю, глупость.

— Еще глупее топтаться вокруг да около! — выпалила она. — Давай, выкладывай.

— А если Оскар звонит нашему доброму доктору и пытается с ним сторговаться? — предположил я и убедился, насколько глупо это звучит.

— Сторговаться о чем? — фыркнула Дебора.

— Значит, так, — начал я, — Доукс сообщил, что у Оскара с собой дорожная сумка. У него могут быть деньги, облигации на предъявителя или коллекция редких марок. Не знаю. Но парень располагает и тем, что представляет гораздо большую ценность для нашего друга-хирурга.

— Чем же?

— Не исключено, что он знает, где скрываются остальные члены старой команды.