Дрожь

Какие-то руки хватают меня за плечи, я снова подпрыгиваю.

– Где фонарик? – шепчет Кертис мне на ухо.

– У меня в комнате. На полу у кровати.

– Я схожу за ним. – Он отдает мне отвертку. – Не двигайся с места.

Я чувствую дуновение воздуха у себя за спиной, когда он уходит.

– Хизер, ты нас пугаешь, – говорю я.

Никакого ответа.

– Кертис пошел за фонариком, – продолжаю я.

Несколько секунд, которые кажутся очень долгими, слышится только наше дыхание.

Я снова чувствую дуновение ветра за спиной, потом в коридоре появляется луч света. Кертис стоит в дверях моей комнаты с фонариком. Хизер съеживается у стены, сильно сжимая пальцами топор. Брент стоит дальше по коридору.

Я делаю шаг вперед, протягиваю руку и заметно дрожу.

– Хизер!

Топор выскальзывает у нее из рук и падает на пол. Она опускается рядом с ним и громко рыдает.

Брент опускает плечи и хватается за грудь.

– Ты меня дико напугала, Хизер, – говорит он.

Мне следовало бы присесть на корточки рядом с ней, но я не могу наклониться. Я могу только сжать ее плечи своими дрожащими руками.

– Иди ко мне. – Брент поднимает ее на ноги и крепко прижимает к себе.

– Я нашла… – Хизер пытается что-то сообщить между рыданиями.

– Что? – спрашиваю я.

Она громко хватает ртом воздух.

– Комнату.

Хизер показывает пальцем куда-то дальше по коридору.

– Что за комната?

Но она так сильно плачет, что не может говорить. Я беспомощно смотрю на Брента.

– А ты можешь нам ее показать? – спрашивает Брент.

Хизер давится рыданиями, но кивает. Брент поднимает топор. И вручает Хизер свою отвертку. Кертис напрягается, но молчит. Хизер ведет нас по коридору. За ней идет Кертис, освещая дорогу. Потом хромаю я, сжимая зубы от боли. Шествие замыкает Брент.

Наши тени пляшут на стене. Четыре фигуры. Одна с топором.

Я надеюсь, что батареек в фонарике хватит надолго. Хизер поворачивает налево, проходит мимо раздевалки, в которой я обнаружила ее днем, и останавливается у следующей двери.

Я могла бы поклясться, что раньше эта дверь была заперта. Когда Хизер толкает дверь, а Кертис освещает помещение фонариком, я точно знаю, что раньше его не видела.

– Проклятье, – вырывается у Кертиса.

Глава 50

Десять лет назад"

"Я просыпаюсь от громкого стука в дверь моей квартиры. Саския шевелится в постели рядом со мной. У нее голая грудь, вероятно, она полностью обнажена, как и я.

– Милла?

О, проклятье. Это голос Брента. Я вылетаю из кровати и ищу одежду.

Я ожидаю, что Саския придет в такой же ужас, как и я, застигнутая в такой ситуации, но она даже не шевелится. Я хватаю с пола свой свитер и натягиваю его через голову.

– Оденься!

– Зачем? – Ее глаза блестят.

– Потому что я так хочу.

Она лежит на кровати и улыбается той улыбкой, которую я много раз видела этой зимой.

– Милла! – кричит Брент.