Дрожь

Я копаю в правильном направлении? Думай! Я стараюсь сосредоточиться, но здесь так темно, что я больше не уверена, с какой стороны верх.

Я чувствую горечь во рту. Я чувствую, как что-то горькое поднимается вверх по моему горлу. Меня сейчас стошнит. Я хватаю ртом воздух, но воздуха нет.

– Помогите! – кричу я.

Руки судорожно скребут у меня перед лицом. Я должна отсюда выбраться. Я не хочу так умереть."

"Снег падает в мой открытый рот. Я кашляю и выплевываю его.

Лучик света, крошечный. Потом крошечная дырочка превращается в большую дыру, и на меня смотрит лицо Кертиса. Он кричит, и две пары рук начинают копать. Кертис и Дейл. Мне следовало бы им помочь, но меня так сильно трясет, что мои руки отказываются делать то, что я им приказываю.

Наконец раскопана достаточно большая дыра. Кертис наклоняется и вытаскивает меня. Я лежу на снегу и судорожно хватаю ртом воздух. Кертис расстегивает свою куртку и накрывает меня ею, как саваном. Я сбрасываю куртку. Я не могу допустить, чтобы что-то меня накрывало. Я хочу только дышать.

– С моим трансивером что-то не так, – звучит голос Саскии.

– Это с тобой что-то не так! – орет Кертис.

Я слышу, как Одетта что-то говорит спокойным тоном, но не могу разобрать слова.

Люди ходят взад и вперед – Одетта, Кертис, Дейл. Я делаю глубокие вдохи. Какое счастье! Вероятно, Брент все еще перекусывает у киоска.

– А как так получилось, что ты не смогла ее найти? – спрашивает Кертис.

– Саския хотела все сделать сама, – отвечает Одетта.

Мне следует подняться на ноги. Я не хочу, чтобы они видели меня в таком состоянии – такой слабой и уязвимой. Но мне кажется, что я не могу двигаться.

Кертис садится на корточки рядом со мной.

– Воды хочешь?

Он достает бутылку – свою бутылку – и подносит к моим губам. Я набираю полный рот воды, проглатываю и опять опускаю голову на снег.

Надо мной склоняется Одетта.

– Ты в порядке, Милла? – спрашивает она. – У Саскии не работает трансивер.

Я в это не верю, но вижу, что Одетта верит. Она такая – видит в людях только хорошее.

Кертис достает из кармана протеиновый батончик и срывает с него обертку.

– Съешь.

Я качаю головой. Я не могу. С неба падают снежинки и опускаются мне на лицо. Снова засыпают меня. Я содрогаюсь, я не хочу снова оказаться под толщей снега – и встаю на ноги. У меня темно в глазах, но я медленно переставляю ноги и глубоко дышу, пока у меня в голове не проясняется.

Мой рюкзак стоит рядом на снегу. Я поднимаю его и вешаю за спину.

– Я поеду вниз, – объявляю я.

– Подожди… – Кертис пытается меня остановить.

Но я хочу как можно быстрее убраться с ледника и оказаться от него подальше. И от Саскии, и от всех, кто видел, что произошло.

На мои очки падают снежинки, когда я еду в белой мгле. Я вижу сигнальные флажки разметки на этой трассе скоростного спуска.