Дронго. Книги 1-20

Я предупрежу дежурных, и они отведут вас к следователю. Договорились?

Старик смотрел на деньги.

— Хорошо, — сказал он, — я приеду.

— Я обязательно предупрежу дежурных, — пообещал, вставая, Виктор. — И не беспокойтесь. Вы только помогаете невиновному, подтверждая его алиби. Я буду вас ждать…

Старик поднялся с кровати следом за ним. Шаркая ногами, проводил его до дверей. Уже выходя, Виктор обернулся. При лунном свете лицо Дренковича показалось какой-то космической маской, словно это был неживой человек. Всю обратную дорогу Виктор пребывал в отличном настроении. Ему удалось найти свидетеля. Он подтвердит алиби Эдстрема. О происшествии на дороге он даже не думал. В конце концов, таких автомобильных хулиганов в этой стране хватает. Сейчас главное — Эдстрем.

ИЗ ПРОТОКОЛОВ ДОПРОСА РОНАЛЬДА МОУЭТА — ЭКСПЕРТА-КРИМИНАЛИСТА ПО ВОПРОСАМ БАЛЛИСТИКИ ФЕДЕРАЛЬНОГО БЮРО РАССЛЕДОВАНИЙ

(Присутствует Карл Эдстрем — обвиняемый в убийстве Анны Фрост)

Он ждал уже третий час. По расчетам Виктора, Дренкович давно должен был быть в Нью-Йорке, если, конечно, он не опоздал на утренний экспресс. Но старика не было. Через каждые полчаса Асенов звонил дежурному, пытаясь выяснить, не появился ли этот долгожданный свидетель, но фотографа по-прежнему не было.

В час дня появился Деверсон, который ездил в главное здание ООН на набережной Ист-Ривер, чтобы сдать необходимые документы. Мрачно пробормотав приветствие, он прошел к своему креслу. Асенов сразу понял, что его коллега не в духе.

— Что случилось, Чарльз? Опять неприятности?

— Еще какие, — недовольно ответил Деверсон. — Вызывают охранников, дежуривших с нами в тот вечер. Все стараются допытаться, кто именно мог тогда проникнуть на наш этаж. Мистер Оруэлл, правда, считает, что убийца все-таки Эдстрем, но наш генеральный директор сильно сомневается. Думает, что убийца — человек посторонний. Он каким-то неведомым образом мог проникнуть к нам, а затем скрыться.

— А как ты считаешь. Карл мог убить Анну Фрост? Неужели ты серьезно веришь в такую возможность? — спросил Асенов.

— Знаю, знаю, — Деверсон махнул рукой, — у нас в ЦРУ был даже такой курс «Этические взгляды возможного противника». Гуманизм, вера в социальную справедливость, в человека. Это ваши социалистические идеалы. Вещь, конечно, неплохая. Но для вас. А в жизни я знал много случаев, когда за солидную сумму любой человек мог стать убийцей или предателем.

— Все покупается, все продается?

— Конечно. И не надо делать удивленное лицо. Просто одни продаются за деньги, других прельщают идеей. Вот скажи откровенно: если я вдруг расскажу тебе о какой-нибудь операции, готовящейся против Болгарии или Советского Союза, ты сообщишь об этом на родину? Только честно.