Фамильное древо

- Тогда отложим извержение. Мы с папой его все равно не видели.

- Посмотрим в записи, - ожил, наконец, Третий и внезапно перешел на хелльский: - Госпожа Риана, вас не затруднит помочь Ее Высочеству найти голозапись извержения Сердитой Русалочки?

Я представила себе голограмму пирокластического потока посреди детской и невольно содрогнулась, но няня невозмутимо проводила принцессу в соседнюю комнату и плотно прикрыла дверь.

- Госпожа Риана не знает ни слова по-ирейски, но некоторые детали ей все равно лучше не видеть, - рассеянно прокомментировал Третий и поднялся на ноги.

Я сделала шаг назад прежде, чем осознала, что вообще происходит. Его Высочество на мгновение застыл, но потом как ни в чем не бывало отошел к комоду в углу комнаты и зазвенел ключами.

- Вы позволите? - осведомился он полминуты спустя, когда я была готова провалиться сквозь землю, но опасалась, что не сумею сделать это бесшумно в своих неподражаемо скрипучих штанах. Его Высочество благородно не обратил внимания на мою растерянность и открыл ювелирную коробочку, продемонстрировав тонкий черный браслет: в переплетении валентовых водорослей безнадежно запуталась крошечная рыбка с вытаращенными, как у меня, глазами.

- Да, разумеется, - отозвалась я и протянула ему руку.

- Сопровождающие меня маги не смогли до конца разобраться в особенностях взаимодействия проклятия и его носителя, - сообщил Третий и неожиданно стянул с меня перчатку, отчего я покрылась мурашками так, будто он раздел меня догола, - но сошлись во мнении, что браслет должен соприкасаться с кожей. Надевайте его как можно чаще, леди Альгринн. Но предупреждаю Вас, - он защелкнул замочек, как капкан, и поднял на меня взгляд, - его не должны увидеть. Сам факт наличия у Вас браслета ставит Вашу жизнь под угрозу. С этого момента Вас будет сопровождать охрана. Рино отобрал наиболее опытных телохранителей. Они Вас не побеспокоят.

Его Высочество не отводил взгляда, и я почувствовала себя маленьким серым мышонком перед умудренным опытом змеем. Глаза оказались вовсе не однотонно темно-зелеными, как казалось издалека; от зрачка к краю радужки разбегались, беспорядочно множась, иссиня-черные линии - будто трещины в бутылочном стекле.

- Вы вся дрожите, - вздохнул принц и с профессиональной отцовской сноровкой натянул на меня перчатку, закрыв ею браслет. - Вега, что бы Вы себе ни вообразили, прошу Вас, не думайте так обо мне. Не надо меня демонизировать.

- И в мыслях не было, - я покачала головой и сделала вид, что и сама не собиралась убирать руку. - Я вполне отдаю себе отчет в том, что Его Величество мог отдать приказ еще и мне, и времени на привыкание и осмысление у меня не осталось бы. Я благодарна вам за терпение, Ваше Высочество, и за честность, правда.