Древняя штучка

Но, к их досаде, карты памяти на месте не оказалось. Видимо, кто-то оперов опередил. Костеря «сволочь препоганую», Крячко решительным шагом направился к дежурному на воротах. Тот, обалдело заморгав на не вполне печатную лексику полковника, признался в том, что почти сразу же после доставки «Рено» на территорию парковки сюда примчался экипаж ДПС. Один из прибывших в чине капитана, показав свою «корочку» (его имя дежурный не запомнил), для чего-то осмотрел эту машину. Что он делал в кабине – дежурный не видел.

Не теряя больше времени, опера поспешили на Сосновскую. В дороге Гуров связался с информотделом и поручил Жаворонкову выйти на столичное управление ГИБДД, чтобы там выяснили, кто из их сотрудников и с какой целью ездил в Мостки и для чего была изъята карта памяти видеорегистратора. Когда они прибыли к автобусной остановке у булочной с бутафорским кренделем на стене, на телефон Льва пришел звонок из Главка – машина с кинологом и служебно-розыскной собакой уже на подъезде к Сосновской.

Минут через пять и в самом деле появилась «Приора» с синими номерами, из которой вышел лейтенант, который вел на поводке крупную серую овчарку. Кинолог, назвавшийся Анатолием, поинтересовался масштабом и особенностями предполагаемого поиска. Гуров пояснил, что искать им предстоит одного человека, который непонятно куда и каким маршрутом мог скрыться пешим ходом. Кинолог, пожимая плечами, пояснил, что, если маршрут беглеца будет пролегать по людным улицам, на результат надеяться очень трудно – собаке непросто будет идентифицировать след, затоптанный сотнями других ног. Он дал своему псу понюхать бутылку, платок и салфетки и коротко скомандовал:

– Азарт, искать!

Походив кругами, пес настороженно принюхался и, натянув поводок, уверенно побежал по протоптанной прямо через газон тропинке, которая огибала автобусную остановку. Опера поспешили за ним. Следом за Азартом они проследовали через детскую площадку, оборудованную во дворе многоквартирных домов, и далее их маршрут пролегал через гаражный массив на задворках необъятно-длинной девятиэтажки. Здесь, на территории, изобилующей следами ГСМ и автохимии, псу работать было сложнее – нежное собачье обоняние травмировали излишне резкие искусственные запахи. Он несколько раз терял след, но опять находил, и кросс возобновлялся.

Ускоренным шагом следуя за кинологом, приятели на ходу пытались определить, куда же все-таки он направлялся, этот нервозный американец? У него была какая-то конкретная цель или он бежал, что называется, куда глаза глядят?

– Мне почему-то кажется, что Фэртон и без того драпал из гостиницы, пребывая в полнейшей панике, а тут еще и такое жесткое ДТП… – утирая пот со лба, размышлял вслух Станислав.