Истинная для древних

«Пожалуй, и правда, стоит поспать», — подумала я, снова погружаясь в царство Морфея.

Туманно помню, как меня раздели и уложили в постель. Окончательно заснула только тогда, когда тепло окутало меня с обеих сторон, и волна нежности унесла в глубокий сон.

Алик

Малышка совсем вымоталась, спит, прижавшись ко мне, и улыбается. Не проснулась даже тогда, когда мы её раздевали. Давно надо было её отпустить. Зачем только лишали свободы?

Ещё и наша ссора. Целый день её не видели и не слышали, это оказалась пыткой. А ночью без неё ещё хуже. Нет её мягкого тела, нежного запаха, её дыхания. Волки сильно ворчали, не чувствуя своей пары близко. Зато у нас появилось много свободного времени подумать и всё осмыслить.

Она оказалась права во всём. Мы не подпускали её слишком близко, привыкли со всеми держать дистанцию, и она не стала исключением. А надо было иначе, ведь она особенная. И решения мы принимали сами тоже по старой привычке. Мы не хотели меняться, но требовали это от неё. Нам проще кого-то изменить под нас, чем самим измениться. Но Лена другая. Она смело говорит всё в лицо и заставляет считаться с собой.

Стоит только вспомнить, как она отчитала меня словно ребенка при моих же волках. Это было нечто. Давно мне так не дерзили в лицо. И я как щенок тогда стоял и слушал, как она отчитывает меня, а ведь все боятся даже голос на нас поднять. Но Лена такая гордая, прекрасная и сильная, вот как ей перечить?

Вся охрана её обожает. Стая полностью приняла её как Луну. Она, сама того не зная, показала себя с лучшей стороны и впечатлила многих. Дальше дело слухов. Даже те, кто не видел еще её, и то уже уважали.

То, что я и Кристиан разнесли вдребезги гостиную, из которой она убежала, а потом и столовую, в которую она отказывалась спускаться два дня, — это мелочи. Пока мы были в ссоре, все просто шарахались от нас и, кажется, начинали молиться богам, чтобы нас скорее простили. Не мы простили её, а она нас! Малышка не хотела с нами разговаривать и заперлась в комнате, отчего нам стало невыносимо тошно. Надо было что-то делать. И мы решили попробовать вымолить прощение и ещё один шанс для всех нас.

Я лежал рядом с девочкой и перебирал её мягкие волосы, когда зашел довольный Кристиан.

— Что там? — взглянул на друга.

— Её покупки ещё переносят в её комнату, они еле уместились в двух машинах, представляешь? — усмехнулся он, раздеваясь.

— Думаю, она решила этим нас позлить. Судя по её досье и операциям по кредитке, она не шопоголик, — усмехнулся я, смотря на спящее чудо.

— Наша девочка не понимает, наверное, что все её покупки — это капля в море, — улыбнулся он, ложась рядом с малышкой.

— Может, именно поэтому она приодела всю свою охрану? — рассмеялся Крис.

— Что? — удивился я.