Дух Древнего

И способ этот должен оказаться выполнимым в течение месяца.

— Кирилл, а ты родовые артефакты взял? — заелозил на стуле Тихон и оглянулся по сторонам, но никто к нам не приближался. Кроме официанта, который нёс заказ: два круассана с сёмгой и два больших кофе.

— Взял, не беспокойся, — улыбнулся я, когда подавальщик еды отошёл в сторону.

Круассан оказался ещё тёплым и безумно воздушным. Он, словно таял во рту, а челюсть сводило судорогой от гастроэкстаза. Надо ещё один заказать — чую, не наемся. Или два.

Мне нравилось в погребке Крылова. Столов мало. Всего штук пять. Стоят себе по углам, отделённые плетёными перегородками, и не знаешь какой выбрать. Настолько все места выглядят уютными в свете тёплого, слегка приглушённого света с потолка.

— Точно? — насторожился Тихон, даже не прикоснувшись к своей тарелке, — но ты же без сумки.

— Точно, — пробубнил я с набитым ртом, откинул полу пиджака и показал на внутренний карман. — Не тащить же всю батарею с собой, ты чего?

Тихон помедлил. Уставился на свою тарелку и, вздохнув, протянул:

— Боязно мне. Думал, что первый ранг есть, а оказалось — нет.

— Тихон, — я пнул друга под столом, он посмотрел на меня, и я передал ему «родовое» кольцо щит, — это обычная шпана. Одень на палец и успокойся.

Тихон в ответ только вздохнул, но артефакт взял и нацепил на средний палец.

— Ешь давай, — бросил я и оглянулся на скрип двери в погребок, но это оказались обычные посетители.

Хм, с такими темпами, заведение мне разонравится. Чем ближе к полудню, тем меньше свободных мест остаётся. Народ так и валит.

— Сегодня день выбора факультативов и кружков, а мы хулиганов ждём, — Тихон всё же отпил кофе, но круассан ему в рот так и не полез, потому он вернулся к излюбленному занятию — ворчанию. — Ты уверен, что нам всё же надо с ними встречаться?

— Надо, — пожал я плечами, доедая свою булку, и мой взгляд упал на тарелку Тихона, — ты же сам вчера сказал, без лицензии артефакты не сбыть. Ты круассан будешь?

— Ты уверен, что по-другому заработать нельзя? — Тихон отпил кофе и неловко поставил кружку на стол. Напиток расплескался.

— Варианты есть, — не стал юлить я, — но это самый верный и простой. Ты булку будешь есть?

— Самый простой? — глаза Тихона округлились, а рука с салфеткой попала мимо лужи на столе. Он открыл рот, чтобы выдать какую-то тираду, но заметил, как я смотрю на его круассан, и произнёс: — аппетита нет. Если хочешь…

Он не договорил, проводил взглядом свою тарелку. Дождался, когда я откушу чуть ли не половину круассана и только тогда, понизив голос, задал вопрос:

— Но ты уверен, что они надёжны? Ты же их не знаешь. Они могут сдать нас жандармам.

— Ага, — я запил булку кофе и насладился возмущённым видом Тихона.