Медицина Древнего часть вторая

Наполнял душу Конрада непоколебимой уверенностью в правоте сделанного когда-то выбора.

Если спросить жителя Инсбрука или туриста, что самое древнее в городе, то можно услышать множество противоречивых ответов. Кто-то начнёт говорит о башне, кто-то о триумфальной арке, о храмах, о замке Амбрас. Только Конрад знал, что самое древнее в городе — Великий магистр Ордена, чья резиденция располагалась в городе. Как раз напротив башни Штадттурм.

— Отличная работа, командор, — старческая рука выскользнула из широкого рукава, как змеиный язык. Схватила золотую пластину и исчезла в недрах балахона. — Как там теперь Густав с сыном?

— Они выполнили своё предназначение и активировали заклинания, — пожал плечами Конрад. Затем вспомнил Саида, его назойливость, и не удержался от вопроса: — вы знали, что Хендриксон обзавйлся там потомством?

— Я всё знаю, Конрад, — проскрипел голос из-под капюшона, лица Бергсон не видел. — Обо всём.

Конрад не подал виду, но внутренне поёжился. Знает ли Великий магистр о нём? Или нет? Перед глазами встал милый, уютный домик на краю леса. Деревенька… нет, нельзя даже думать об этом.

Великий Магистр тему развивать не стал, он её сменил. То ли для того, чтобы Конрад нервничал и гадал, то ли, действительно не знал.

— Время перерождения близится, оно на днях, Конрад, — сообщил магистр. — В этот раз я буду первым в ритуале, это тело слишком слабое.

— Мне привезти послушников?

— Нет, — дёрнулся рукав балахона, — я уже нашёл приемника, но остальные из верхушки ордена могут мне помешать.

— Господин, я не думаю…

— Конрад, они забыли о нашем предназначении, — капюшон дёрнулся и свет, чуть было не проник под него.

Конрад даже затаил дыхание, тьма одержала победу, и командор так и не увидел лицо Великого магистра. Впрочем, как и всегда.

— Забыли, и предались земным соблазнам, — прошипел капюшон, каждое слово источало яд: — золото, власть, все популярные грехи всех религий этого мира теперь им присущи.

— Но при чём…

— При том, что я единственный, кто противостоит их помешательству, и напоминает о нашей цели освободить господина, — Великий магистр повернулся к окну, в которое влетел звук часового боя с башни Штадттурм, и с ненавистью в голосе добавил: — они спят и видят, как избавиться от меня.

— Они не знают…

— О Кириллосе? Нет, эти трусы постарались бы от него избавиться. Знал бы ты, как их переполошила новость о троллях из поезда, — в голосе магистра слышалась злоба. — Они собрали совещание, на котором предлагали заключить с северянами союз. Представляешь? Союз.

— Зачем, господин?

— Чтобы поделить рынки сбыта, — хмыкнул магистр, — не завоевать, не отстоять, поделить.

Великий магистр замолчал, и Конрад не осмелился задавать вопросы.