Древнее китайское проклятие

Когда мы с партнером в последний раз интересовались своим положением в общемировой классификации, Серега был сто тридцать восьмым.

Его фамилия по-прежнему была в списках, что меня обрадовало несказанно. Потому что это означало, что Серега жив. И он переместился на шесть строчек вверх. Значит, мой друг тоже прогрессирует.

Однако напротив его имени стояло примечание.

– Что это значит? – спросил я Романа.

– "Временно отсутствует"? – Роман почесал свой выдающийся нос. – То и означает. Что твой партнер временно покинул наш мир.

– Серега не умеет открывать двери между мирами.

– Значит, он воспользовался готовым порталом, – сказал Роман. – Или ему кто-то помог.

– Существует способ выяснить, где он сейчас?

– Едва ли. Параллельных миров бесконечность, и мы не знаем, в каком из них он может пребывать. Проще подождать, пока он вернется, и спросить, где он был.

Теперь понятно, почему я не могу до него дозвониться. Даже если в том мире, где он пребывает сейчас, и существует мобильная связь, вряд ли Серегин аппарат попадает в зону роуминга.

– Еще что-нибудь? – спросил Роман.

– Гостевую страничку.

Гостевая страница книги магов содержит информацию обо всех волшебниках, временно находящихся в нашем мире, но не принадлежащих ему.

Таких было всего шесть. Четыре имени ничего мне не говорили. Зато два были очень даже знакомы.

Гэндальф и Саруман. Без упоминания регалий. Значит, все правильно. Жалко, что невозможно узнать, который из них кто.

Разве что попросить одного из них временно покинуть Землю и посмотреть, чья фамилия останется на гостевой странице. Только вряд ли мне удастся уговорить хотя бы одного из них навестить Шамбалу.

– Ты удовлетворен? – спросил Роман.

– Вполне, – сказал я. – Думаю, что мы можем идти.

– Подожди еще минутку, – сказал он и снова открыл страницу текущего рейтинга. – Ты на двенадцатом месте. Посмотри на восьмое.

К. Криворучкин. Что-то знакомое было в этой фамилии, но подробностей я не помнил. Лицо субъекта отказывалось всплывать перед мысленным взором. Я вопросительно посмотрел на Романа.

– Вы звали его Федотом, – подсказал Роман.

Костя Криворучкин, получивший свое прозвище в честь одного из персонажей «Республики ШКИД». Помните, был там такой маленький одноглазый хмырь с балалайкой.

Криворучкин не был одноглазым и на балалайке не играл.

Персонажу «Республики ШКИД» однажды была адресована такая фраза: «Ну и гад же ты, Костя Федотов».

Криворучкин учился со мной на одном потоке и любил устраивать однокашникам маленькие подлости. Не настолько крупные, чтобы он вылетел с факультета, и достаточно безобидные, чтобы раз за разом проходить проверку Мостом. Но однажды кто-то произнес в его адрес фразу из старого фильма, и к Косте прилипла новая фамилия. Костя Федотов.