Древнее китайское проклятие

– Спишь, кобелина немытая! Совсем мышей не ловишь, а у тебя под носом кто-то душу мертвую умыкнул.

– Эка невидаль, – пробормотал пес. – У твоего дяди этих душ – хоть бульдозером греби. Одной больше, одной меньше – какая разница?

– Выговор с занесением в личное дело, – пообещал я. – За халатность и манкирование служебными обязанностями.

– Хоть два, – сказал Кербер. – Осточертело мне все. Скучно.

– На пенсии повеселишься, – пообещал я.

Нет, надо его фотоэлементом заменить. Расходы меньше, а толку неизмеримо больше. И болтать не будет. Вы где-нибудь разглагольствующий фотоэлемент видели?

Дядю я нашел прогуливающимся по берегу Стикса в компании с супругой. В последнее время он стал уделять семье куда больше времени, чем раньше. Да и тетя Персефона пообвыкла: с несколько мрачным антуражем смирилась.

– А, племяш, – пророкотал дядя. – Каким ветром тебя ко мне занесло? Неужто дядьку проведать решил?

– Нет, – сказала тетя Персефона, – он слишком занят, чтобы визиты вежливости наносить. Он по делу пришел, правда, Гермесик?

– Тетя, – я поцеловал ей руку, – вы проницательны, как всегда. Могу я украсть у вас дядю на пару минут?

– А вы за пару минут точно управитесь? А то у нас званый ужин вечером. В честь героев Троянской войны.

– Управимся, тетя, – сказал я. – Как они? В смысле, герои. Хандрят?

– Здесь все хандрят. Климат такой.

Мы с дядей отошли на пару шагов. Он мало изменился за пролетевшие века. Все такой же большой, грузный. серьезный. Тяжелая ему работенка досталась, и выбора у него не было.

Папа небо выбрал, дядя Посейдон– море, а старшему брату досталась земля. Точнее, то, что под землей.

– Что случилось, племяш?

– Кто-то у тебя мертвяка умыкнул.

– Ага. – Он стал еще серьезнее, хотя казалось, что это невозможно. Ведь речь шла о его работе. – Кого?

– Из новых, – сказал я. – Разбойник какой-то.

– Не знаю. Я его в мире живых видел, в старое тело его вселили. Жалкое зрелище.

– Пора нам стража менять. Староват Кербер стал для такой работы. Не тянет.

– Пора, дядя. А то начнут люди туда-сюда шастать…

– Жалко… Все-таки столько лет беспорочной службы. Да и потом, традиция…

– От традиций, которые мешают правильному функционированию организации, надо отказываться.

– Ты молод еще, племяш. А по молодости все максималисты. На кого я его поменяю?

– Я могу подобрать пару вариантов. Посмотришь, прикинешь, что к чему, выберешь. Никто ж тебя не торопит. Не хочешь от Кербера избавляться – давай его просто продублируем. И овцы цели, и волк на месте.

– Я подумаю, – сказал он. – Кто умыкнул-то?

– Не знаю. Ты точно никому разрешение на вывоз не подписывал?

– Нет, в последние пару веков точно. У меня вон за Элвиса как просили, на всех уровнях, так сказать, и то отказал.

– Ты всегда был принципиальным.