Древнее китайское проклятие

Кто разговаривал со мной в моей голове? Кто внушил мне ложные надежды? Кто этот подонок?

Найду и по стенке размажу, пусть даже это будет последнее, что я сделаю в своей жизни.

Днем линия вернулась. Более того, она стала более плотной и яркой, наверное, ее источник был совсем недалеко.

«Ни шагу не сделаю, пока не получу объяснений», – подумал я.

«Что ты хочешь знать, Костя?»

«Здрасте, – подумал я. – Опять пришло? А куда пропадало?»

«Так было надо. Теперь ты готов…»

«Ко всему. За линией ты получишь все ответы».

«У меня может оказаться куда больше вопросов, чем ты думаешь».

Но ответом мне было лишь молчание.

В Балашихе я обнаружил, что симпатичные девушки положительно действуют даже на бомжей. Мне не приходилось даже показывать им деньги, как они начинали буквально вон из кожи лезть, чтобы помочь.

Мы давно отпустили такси. Машина не сможет проехать туда, куда нам было нужно. Свалки, подвалы, чердаки, котельные. Мы находили бомжей всюду и всем задавали вопросы о Горлуме. Он все еще проходил моим дедом, и я изображал из себя убитую горем внучку.

Наконец-то нам повезло. Пропитый старичок лет тридцати со свежим фингалом под левым глазом сообщил нам, что неподалеку в подвале обосновался новенький и что он вполне подходит под описание моего дедушки Я расплатился с бомжем соткой баксов, отчего он сразу бухнулся в обморок, и мы отправились по указанному адресу.

Подвал как подвал. Грязно, сыро, ржавые трубы и кучи мусора под ногами. Я невольно проникся сочувствием к камраду Смеагорлу, которого наш мир встретил вот такими условиями.

Вдобавок тут было темно. Гэндальф порывался использовать для освещения свой посох, но я его остановил. Свет может спугнуть того, кого мы ищем.

Когда мы вошли в какой-то особо грязный закуток, что-то шевельнулось в углу. Гэндальф напрягся, а я помахал рукой в надежде, что мой жест будет замечен.

– Кто здесь? – спросил я.

– Стоять, где стоите, – отозвался голос из угла. – Сами кто такие?

– Камрад, – сказал Гэндальф, расплываясь в улыбке. – Мы свои.

– Серый, ты, что ли?

– Ага! – воскликнул Гэндальф, подвешивая под низкий грязный потолок шар света. – Выходи, камрад.

Куча тряпья в углу зашевелилась, и из нее выполз Горлум. Совсем не похож на плоды трудов Питера Джексона. Маленький, грязный, усталый и смертельно опасный.

– Прелесть всегда со мной, – невесело ухмыльнулся маленький человечек. – А почему спрашиваешь?

– Я пришел освободить тебя.

– Придумал что-нибудь новое? – поинтересовался Горлум. – Что-нибудь поумнее, чем поручить дело особой важности двоим дилетантам?

– Операция была спланирована правильно.

– Качество операции определяется по ее результатам, – сказал Горлум. – Результат был самый плачевный.