Древесный маг Орловского княжества (том 5)

— Скорее! — Рявкнула Морозова на Есению, которую тут же дёрнули к нам.

Загудело над башкой, рентгеня нас голубым аж до скелетов! В груди ухнуло, будто сердце в пустом цилиндре обваливается, падая с большой высоты. Вспышка ослепила так, что всё стало белым. А затем резко потемнело и схлынуло.

Народ вокруг стал валиться и кашлять. Некоторые застонали. Я и сам осел на бетонный пол в тёмной камере. И почти сразу увидел затухающий голубой свет на выдолбленных в полу контурах руны.

Вот те раз! Мы телепортировались.

Пока все приходили в себя, Морозова уже долбанула в дверь с ноги. Снаружи в окошко с решёткой сунулась рожа мастера.

— Госпожа! — Ахнул он и стал живенько отворять, щёлкая засовами.

Вскоре выяснилось, что мы перенеслись в отдельную секцию Бестиария. В камеру с порталом, в которой прилагается и комната с часовым.

Выйдя из секции через глухую металлическую дверь, основная толпа двинула в сторону выхода в Оранжерею. А оба витязя, несколько мастеров и Галина с дочкой пошли в противоположную. Видимо, заселять Остромилу.

— Маменька, он даже не попрощался, — завыла она уже в след. — Ярослав⁈

— Полно, не шуми, — ответила Галина мягко. — Сейчас он устал и явится к тебе позже.

Мила вдруг закричала, её крик перерос в звериный. Дёрнулся было помочь, но меня придержали.

— Они сами разберутся, — выдал Игорь удручённо. — Не первый раз так.

Ну да, я вижу, как едва ли не в вервульфа габаритами потащили Милу уже по песку. А та ещё брыкается и клацает челюстью, как заведённая. В клетках сразу живность забилась, хоть её стало намного меньше с последнего происшествия.

Мне было больно на это смотреть, но я всё же вычислил, в какую камеру её тащат. Там в конце зала вариантов не много.

Из Бестиария на Арену я выскочил впереди всех. Прошёл её быстрым шагом и только в Оранжерее полегчало. Физически. Потому что морально стало только хуже. Какая бы хитрая и изворотливая не была Морозова, такова жизнь. Семья всегда должна быть на первом месте, а когда ты видишь, как гибнут твои дети, тут хоть душу дьяволу продашь, лишь бы их спасти.

Она не знает, что я могу.

Зато это знаю я. А себя не обманешь.

Время уже позднее, комендантский час в разгаре. Поэтому никто мне не мешал отделиться от группы и пойти своей дорогой через стену. Добравшись до конюшни, я взял академического скакуна, соврав с чистой совестью часовому, что Морозова дала добро.

В Малорыжково всюду огни, выходят на смену усиленные ночные караулы, а рабочие сворачивают дела понемногу. Хотя была бы их воля, стучали и гремели брёвнами до утра. На въезде в особняк часовые доложили, что у них без происшествий.

Леночка встретила со встревоженным взглядом и сразу же прикусила язык, почуяв моё настроение.