Древесный маг Орловского княжества (том 4)

Если прежде, мои мысли были о стройке, и я с удовольствием сматывался в деревню по любому поводу, то теперь я не мог вылезти из Академии. Что–то не отпускало. Беспокоило ощущение собственной неправоты. Иной раз посещали мысли, что Морозову настигнет отмщение, и мне нужно быть рядом, чтобы защитить её.

Дошло до того, что ко мне стали часто прибывать гонцы от Иллариона, и многие вопросы я решал прямо у КПП, не снимая мантии.

Ясмина стала избегать меня, пусть я начал это первым. Между нами быстро выросла стена. И каждый раз, когда мы вынужденно пересекались в переходах, я старался сделать вид, что мы незнакомы. А она… вероятно, приняв правило игры, тоже так делала. Даже не сомневаюсь, что она узнала о моём новом статусе. Никто и не скрывал, что Суслов получил титул. Слух о том, что я помолвлен с дочкой Морозовой, разлетелся по Академии быстро.

А ещё стали поговаривать, что у Морозовой нихрена не шестой ранг, а уже девятый! Тогда, как и Огарёва не лыком шитая, скрывала, что имеет уже восьмой."

"Неделю после шокирующей дуэли я не совался к Галине, просто не мог решиться. А затем появилась её старшая дочка. Она прикатила в карете утром после выходных. Я узнал это чучело, когда оно ворвалось в главный зал, и успел смотаться в столовку до того, как оно меня увидело. Лицезрев Ясмину после возвращения из Орла, я понял, что не желаю другую. Особенного некрасивую, грубую и тупорылую Остромилу.

Но миновать встречи со своей будущей женой мне сегодня не удалось.

За мной пришёл в аудиторию мастер Приказа прямо в разгар занятия по науке Удачи, где я стал чувствовать себя, как самый настоящий профессор.

Но мне напомнили, что я продажная шкура.

— Госпожа Морозова вызывает графа Суслова!

В кабинете Галины уже сидела Остромила. Увидев меня входящего, она вскочила и бросилась на шею, будто у нас жаркая любовь. Но грозный рык мамаши спас меня от грубых и неприятных объятий:

— А ну отлипни от него! Быстро!

— Да, маменька, — ответила та, вставая смирно рядом и подхихикнула, как дура.

Ещё с таким видом на иголках, будто мы вот–вот бросимся в кроватку кувыркаться.

Но Морозова осталась серьёзной, очень серьёзной. Как–то даже стала выглядеть пострашнее прежнего. Зная её реальные возможности, я понял, что всё это время слишком пренебрежительно к ней относился.

Я боялся электричества? Огня?

Вода задушит так, что никакое дерево не поможет, а в один момент она превратится в лёд, поражая всё, куда успела добраться, как это делают мои корни.

— Все формальности улажены, дети мои, — выдала графиня, развалившись на кресле вальяжно. — Празднование свадьбы назначено на седьмое октября в нашем калужском поместье у Боровиков. Приглашения для знати уже готовятся.

— Как чудесно, маменька! — Воскликнула дылда и захлопала в ладоши.