Древесный маг Орловского княжества (том 3)

— Мы же умудрились повести себя неподобающе перед его сыном. Знаете ли, Максимилиан — очень перспективный маг. Лицо Академии, лучший представитель наших достижений в области Рубина, зарекомендовавший себя в самом Кремле. Он и его команда уже не раз завоёвывали первые награды на ежегодных играх среди Трёх академий Империи. И вообще, я рекомендую в ближайшее время найти возможность и принести свои извинения перед ним и двумя другими юношами, которых вы умудрились неловко оскорбить.

Закончил, смотрит с таким презрением, что хочется вмазать. А петухи, значит, наябедничали.

— Альберт Иванович? — Возмутился я. — Простите мне мою дерзость. Вы меня сейчас отчитываете?"

"— А вы что? К такому не готовы? — Возмутился придурок. — Извольте терпеть воспитание, раз мечтаете обучаться. Академия — это лучший шанс для любого из низов подняться до вершин. Особенно с этого вашего… Малорыжково несчастного, где собрался весь сброд.

— Какой сброд, простите? — Хмурюсь и думаю… головой об стол или с ноги в челюсть?

— Да всякий, не придирайтесь к словам. Меня предупредили о вашем нраве. Здесь такое не проходит, — чешет Альберт дальше, как будто ему сейчас ничего не угрожает. — Хочу напомнить, а если не знали, то указать, что все расходы на обучение Морозова взяла на себя, и уже внесла в казну Академии безвозвратно двадцать три золотых рубля за семестр. А так как вы уже в чёрном списке Приказа по проступкам, он же Приказ наказаний, любая ваша выходка — это сразу отчисление.

Как же он бесит!

Хотел сказать, что по большому счёту делаю одолжение самой Морозовой, что соглашаюсь на обучение, ведь я потом ещё и послужить ей буду должен ловцом или кем–то вроде. Но теперь мне нельзя вылетать отсюда. Чернава хочет, чтоб я украл у Морозовой нечто важное. Даже если буду просто тянуть время — это лучше, чем сразу обрублю все перспективы, вылетев отсюда. А потом меня размотают, как Тёмного.

— Понял вас, Альберт Иванович, — выдавил я вместе с улыбкой.

— Вот и славно, что мы разобрались. А теперь подождите за дверью, за вами придут.

Вышел взвинченный. Ещё недавно меня деревня встречала «хлеб–соль», как мать его царя, а до этого я дрался за Родину с половцами, копаясь в таком месиве, что этим нежным петухам и не снилось в страшном сне. А теперь я ученик «из низов», которого отчитывают, и мне ещё впитывать всё это надо, молча.

Может, меня специально провоцируют? Видимо, так.

Жду больше часа, пережив новый звонок на перемену и следом на урок. За это время мимо меня пронеслось человек пятнадцать. В основном профессора, судя по написанному на лицах опыту. Несколько учеников наблюдал, которые в кабинеты заходили.