Древесный маг Орловского княжества (том 3)

Вниз посмотрел, да как завизжит пронзительно, девки так не орут!! Я Витаса сразу и вспомнил.

Лошади бедные, лёжа на земле, мотают головами, спокойно помереть им не дают. От ультразвука всех избавляю я, апперкотом в челюсть. Теперь уже без всякой магии и укреплений кулака. Чисто физика.

Клац! Срубило идиота. С клинками в сапогах застонал уже лёжа на спине.

— Заговорённый, да? — Посмеиваюсь.

— Стой, стой! Я заплачу!! — Визжит. — Сто золотых! Двести!! А!!

— И это маг сапфира седьмого ранга, хык тьфу, — комментирую.

Ставлю колено на грудь и начинаю лупить по морде дальше. Пока его рожа не превращается в сплошное кровавое месиво.

Так я выиграю больше времени. Пока у него зарастёт, эта рожа. Он ещё не скоро сунется.

— За что, — мямлит Давыдов без верхних передних резцов.

— За третий рейх, сука, — бросаю ему напоследок.

Отвлекаюсь от ревизора, Гайя уже заканчивает с несколькими солдатами, решившимися на подвиг. А вообще я вижу, что здесь один сплошной сброд. Нацепили ярлык Кремлёвский и шуруют, ничего не боясь. Им бы парочку витязей, и мне бы пришлось несладко.

Под стоны подрезанных заваливаюсь в экипаж. А там девка сидит, съехав в угол из–за накренившейся кареты. В платье богатом серебристо–синем, зеленоглазая блондинка лет семнадцати. Губа нижняя дрожит, смотрит на меня с ужасом.

— А ты кто? — Интересуюсь недовольно, разглядывая. Вполне симпатичная, кого–то мне напоминает.

— Г–г–г…

— Графиня? — Помогаю ей ответить.

Кивает нервно.

— Мор–мор–мор… — продолжает, пытаясь выговорить.

— Морозова⁈ — Ахаю.

Кивает снова.

— Не понял, млять⁈ А ты что тут делаешь⁈ — Спросил, усаживаясь на противоположную лавку. Это её младшая дочка!!

— Я к матушке, — заговорила, поменьше заикаясь.

— И зачем тебе к ней⁇

— Хочу расторгнуть помолвку с графом Витебским, я и Драговитушка любим друг друга, едем к матушке благословения просить, — отчеканила, наконец, нормально.

— Давыдов твой новый жених⁈ — Спрашиваю ошалело, откидываясь на спинку лавки.

Кивает живенько."

"Взялся за голову. Теперь звуки внешние стали более болезненно восприниматься. Стонут раненные, Давыдов там зубами кашляет, заговорённый, млять. Выходит, что у Морозовой не совсем трындец, на её стороне ревизор имперский. Был.

Может, сама дочка, находясь при дворе, что–то выяснила и решила матушку спасти таким поступком. Не совпадение же⁈ И что теперь делать⁈

Вздыхаю. Времени в обрез.

— Мы разбойники, поняла, — выдаю, что в голову взбрело. — Где рубли говори, и не буду тебя насиловать.

— Под лавкой! — Взвизгнула и сжалась, как зверёк, загнанный в угол.

Сундук достаю небольшой из–под своей лавки. Сразу за ручку перехватываю и поднимаю. Слышу, как звенит внутри. Отлично, не зря сходили.

— Всё, совет да любовь, дети мои, — говорю напоследок, выходя с сундуком.