Древесный маг Орловского княжества 2

И всё понял! В мороке я! «Матрицу» мне полнейшую устроила гадина.

Из подсознания оба духа отчаянно кричат, они и кололи меня внутри, чтоб взбодрить. Поднатужившись, цепляюсь за уносящиеся в черноту жилы, налаживая связь с союзниками и осознавая себя. Отчаянно посылаю сигналы телу. И корни вырываются из меня плотными шипами во все стороны, ибо я всё ещё не вижу твари!

Противное кряканье и сип раздаётся вокруг. Пробуждаюсь я мгновенно в совершенной тьме. И с ужасом понимаю, что в пасти твари оказался! Ещё бы немного и челюсти сомкнулись. А теперь еж из моих палок этому мешает. Присмотревшись, вижу и ногу козы, которая между глоткой и гландой торчит. Не проглотила тварь её, потому что всё же сработала моя дистанционная бомба, кусок козы с шипами и застрял.

Здоровенная жаба всё ещё пытается пережевать колья, я же пытаюсь вырваться обратно, высвободившись из собственной конструкции. От омерзительной вони выворачивает. Благо у этой твари по большому счёту нет зубов, только пластины, которые та не до конца сомкнула, тем самым оставила хоть какую–то щель, чтобы дышать."

"Чуя по треску деревяшек, что конструкция сдаётся, выращиваю кол поперёк уже целенаправленный. Хрипит чушка, челюсть разжимая. Ещё ращу, уже последние материалы тратя. Вылезаю помаленьку! Рвусь, отталкиваясь ногами от кола, поддаю корнями. Выскальзываю наружу весь в крови и слюнях, как из задницы.

Жаба, как три коровы в ширину, тащится назад и воет. Из глотки колья мои торчат ещё от козы, она ими по полу скребёт. Твою ж мать, не зря козу угробили! Она её хорошо так ослабила.

Лук, колчан со стрелами, меч, да сумка моя в сторонке лежат, будто я сам их отложил. По факту жаба заставила отложить, чтоб в глотке не застряли. Ей, видите ли, не вкусно! Хватаю меч и стороной обхожу, где свободно, оценивая её грузную и довольно мягкую тушу.

— А сейчас десерт, сука! — Кричу и колю её в бок под лапу.

Подрагивают стены пещеры, обрывками доносится песнь.

— Не убивай, добрый молодец, — слышу ласковое голосом Ясмины, будто над головой. — Верой и правдой служить тебе буду…

— Ты уволена! — Объявляю со злорадством.

Тыкаю клинком дальше уже остервенело. И куда попало! Нормально проходит, шкурка, оказывается, нежная. Вскоре вываливаться кишки, и жаба тонет в собственной луже ошмётков, переставая шевелиться и хрипеть. Ну и говорить мне сладким голосом она тоже перестаёт.

Я даже успеваю почуять, её последний выдох, как пердёж. Сразу и мозги мои отпускает, на которые всё это время давило. И духи уже отзываться стали нормально.

Весь в дерьме, не спешу наружу. Во–первых, надо замести следы! Поэтому через «не могу» я запускаю в тело поверженной тонкие волоски корней, с помощью которых контачу с деревом и ссыпаю все колья в труху.

А во–вторых, активирую сканер.