Древесный маг Орловского княжества 2

Кого насовсем, кого на время, если захотят. В любом случае девки молодые и работящие нам пригодятся.

Глазами поискал мою чёрненькую напарницу. Но безрезультатно. Вздохнул, сгрустнул. Похоже, смылась. Девушку стоило бы вознаградить, во многом её заслуга, что малой кровью обошлись. Трёх дружинников потеряли. А могли намного больше.

Такого же типажа или породы, как она, среди других бывших пленниц не разглядел. Большая часть светленькие, есть, конечно, шатенки или зеленоглазые девицы, но ни одной такой выразительно–чернявой.

Поскакали, не торопясь, со всем «стадом» одной колонной. Особо уставших барышень на телеги погрузили. Княжеские дружинники уже умотали во главе с Зораном. Им с бабами возиться не пристало. Они повели на суд княжий половских пленников, которых три десятка набралось.

Пока есть возможность, в дороге по полю поспрашивал освобождённых о странной пленнице, которая всё не выходит из головы. Многие разводят руками.

— Её отдельно везли, — нашлась всё же свидетельница вроде как из Ростовского княжества. — Половцы сами её боялись.

— И не зря, — подключилась вторая девка. — Она из племени изгоев Эльбруса, они прежде с половцами заодно были. Но в одной деревне разлад случился, половцы всех поубивали, а её оставили себе.

— А что за изгои? — Спрашиваю уже Дарью.

— Лет тридцать назад распалось Эльбрусское царство, вот и остались племена, которые стали зваться изгоями.

— Что за царство–то такое? — Посмеиваюсь. В моей истории подобного не было.

— Очень сильное, даже наша империя с ними считалась. Они и с юга дань собирали, и с Европы, и даже с Китая. Потом разладилось у них. Распалось царство, и соседи, как стервятники, его земли забрали по кускам. И постарались, чтобы оно больше не возродилось. Потому что воины там были, что сыны чернобога, сильные, жестокие и бесстрашные. Смерти не боялись.

Жители деревни уже за мостом встречают. Большая часть наших девушек после освобождения сразу в деревню ушла. Вот и всполошили люд.

По мосту уже прошли половские пленники. Издалека ещё увидел, как их забрасывают чем попало и колотят.

А теперь радуются, что мы целыми вернулись.

В поместье Василиса ждёт. Уже явно заждалась, судя по глазам на мокром месте.

А её дружина в полтора десятка во внутреннем дворе расположилась и балуется на моих спортивных снарядах, в ус не дуя.

После битвы с кровью, грязью и огнём, увидеть светлый, прекрасный лик девочки, одетой в красивое платье — это, как бальзам на душу. А то и мимолётное чувство искупления.

За тебя и дерусь, моя хорошая. Чтоб чужие гады не посадили в клетку, не надругались, не лишили жизни. Так и подумал, чувствуя её нежные пальчики на моём лице. И она даже не побрезговала ни крови, ни пепла, ни земли в моих волосах, обняла, прижалась.