Древесный маг Орловского княжества (СИ)

И свора паучья на краю тени встала, сбиваясь в кучу из — за продолжающих набегать сородичей. Попускали паутину в меня напоследок, пока я с прямой видимости не ушёл за кусты к тропе.

— Да! — Крикнул на радостях. — Выкусите, твари паршивые!

Треск натягивающейся тетивы раздался весьма неожиданно. И почти у затылка.

— Вот ты и попался, супостат, — произнесла с торжеством Дарья Василискина.

Глава 4

Неспокойно в нашей деревне

— Так, без резких движений, обернись, — скомандовала Дарья.

Как же она меня так легко выследила? И, похоже, только потому что голос подал, не пригвоздила сразу.

Ветки с меня ссыпались, как не с меня выросшие, а так. И только после обернулся. Вот хрен докопаешься теперь. И не докажешь! Видеорегистратора — то нет.

Всю кровь с одежды, кстати, дух тоже выцедил, я чистенький, не прикопаешься.

— Что за бесовщина? — Опешила девушка, выпучив глаза изумрудные. — Я… Ярослав⁈ Опять ты⁈

Опустила быстренько лук. Всматривается в меня, будто подвох найти хочет.

— Ой, — отшатывается. — Яйцо Молоха⁇ Зелёное?!! Ты где его…

— В гнезде, в Паучьей роще, еле ноги унёс, — говорю с улыбкой, и всё отдышаться не могу.

— Чего мелешь такое? Ты и роща⁈ — Возмутилась. — Туда даже я не суюсь со своим адептом третьего ранга.

— Да я ж замаскировался, — киваю на ветки под ногами.

— Ха! — Встрепенулась Дарья. — А говорят, дурак да дурак. Выходит, не такой уж и глупый. А я и думаю, чего Молох пробудился ни с того ни с сего раньше весенних дождей. Не гадала, что так можно.

— Наверное, уже и нельзя, — намекаю, что у неё подобное не выйдет.

Смотрит с подозрением. Своими глазищами, вздёрнутая губа придаёт ей детского очарования, хотя знаю, что барышня на округе серьёзная.

— А яйцо — то тебе зачем? Давай мне, я знаю, что с ним делать.

Ага, дурака нашла.

— Не дам.

— Дай, из него яичницу точно не сжаришь. Я за него тебе леденцов с Сосково привезу. Или хочешь ножик хороший дам прутики резать, а?

— Нет, Дарьюшка, не отдам, — ответил решительно.

— Как ты меня назвал? — Насторожилась и даже напряглась. — Всегда ведь тёткой Дашей была. А ну — ка ответь мне на вопрос. Проверим, не хамелеон ли мне попался.

В груди похолодело. Любой вопрос из детства Ярослава, и я сяду в лужу.

— А как твою бабку зовут? — Выпалила.

— Баба Нюра, — ответил и девушка расслабилась, даже выдохнула с печалью на лице.

— И кому ты яйцо собрался нести? — Спросила, сдаваясь.

— Извини, это моё личное дело, ведь так?

Снова смотрит с прищуром.

— Поумнел ты сильно за последние два дня, — комментирует. — Ладно. Ты давай в деревню, солнце садится. Нечего у рощи разгуливать. И на Курочкино поле не ходи, там, похоже, приспешник разгуливает.

— Что за приспешник?

— Ах да, я и забыла, что ты память потерял. Это слуга нечисти, обычно упыря прихвостень.