Тень Великого Древа (СИ)

Сын Лайтхартов, казненных янмэйцами. Этот тип тоже охотно кинется в драку с Адрианом, и тоже сомнительно лоялен к Фарвею. Старина Генри удалил из Альмеры всех, кто мог помешать его власти! Можно ручаться, он договорился даже с шаванами, бежавшими из-под Фаунтерры. Хитрый лис воплотил свою мечту: слепил воедино два центральных герцогства и уселся на них верхом. Какая жалость, какая безграничная жалость, что мы потеряли внучку этого человека…

Но к черту жалость, лучше подумаем: что означают для нас кайры в тылу Адриана? Блестящую победу, и ни что иное! Адриан не сможет помешать нам – поскольку сам находится под угрозой. А Хортон не придет на помощь Первой Зиме – поскольку отрезан от нее полками Адриана. Все, что могут эти двое, - вцепиться друг другу в глотки. Или грозно стоять на месте, пока мы не возьмем Первую Зиму. А после этого Рихард станет владыкой Севера, и кайры Хортона неизбежно присягнут ему. Силами старины Генри, две угрозы – Адриан и Хортон – устранили друг друга. Первая Зима поднесена нам на блюдце!

- Тогда я не удержался и помчал прямиком к вам! – подытожил рассказ Избранный. – Не терпелось сказать вам: теперь мы обречены на победу! Батальоны Хортона не дадут Адриану отступить из Майна. Когда мы возьмем Первую Зиму и убьем Десмонда, вы, лорд Рихард, станете единственным герцогом Ориджином. Хортону ничего не останется, как присягнуть вам. Его кайры станут нашими кайрами, а Адриан очутится в западне! Мы даже не будем атаковать, а просто запрем до весны и дадим медленно помереть от голода.

- А затем пойдем в Фаунтерру? – предположил Рихард.

- Конечно! Именно там должен находиться законный правитель империи Полари! – Граф ткнул себе в грудь оттопыренным большим пальцем.

- Прекрасный план, - сказал Лед с нотою печали. – И похоже, он почти исполнен. Осталось только взять Первую Зиму.

- Так займитесь же этим, милорд.

Рихард отошел, чтобы продолжить наблюдение за маршем. Альмерский священник вернулся к братьям-вильгельминцам, дабы сообщить им благую весть. Флеминг с таким видом отвел в сторону своего аббата, будто хотел исповедаться.

А Джоакин улучил минуту для своего доклада, но тут на Избранного напали дети. Налетели, как воробьи, окружили, защебетали:

- Дядя Вит, дядя Вит, мы соскучились, вас не было так долго!

- Всего недельку, родные мои. Но я тоже сильно скучал!

Он принялся обнимать их и гладить, дети попискивали от радости. Джоакин не вытерпел:

- Милорд, я обязан доложить нечто очень важное.

- Говорите, - позволил Избранный.

- При детях?"

"- У меня нет секретов от них. Если буду скрытничать, как мои лучики переймут опыт?

- Гм… Милорд, новость довольно плохая.