Тень Великого Древа (СИ)

Они слегка замешкались, ведь Джемис – стрелок, ему-то можно, но миледи – нельзя. Впустили кайра, ее остановили. Он: «Пропустите даму». Часовые: «А милорд разрешил?» А Джемис: «Это мой клинок, кому хочу – тому показываю». И откинул полог так, чтобы миледи все увидела.

Шрам вмешался в рассказ и добавил:

- Не упустите главного, лейтенант. Орудие-то женщин не видало от самого Рей-Роя. А тут – прекрасная дама, да с запахом парфюмов. Словом, Орудие ошалело и давай вопить по-шавански. Кайр Джемис ему: «Молчи!» Оно еще громче, и по-нашему. Кричит, мол: все отняли, гады-волки, так хоть бабу дайте! Не эту – любую, завалящую, хотя б один разок! Джемису пришлось вкрутить ему винты. Орудие до последнего вопило: «Бабу!..» Потом заткнулось от боли.

- И Нексия видела все это?! – ужаснулся Эрвин.

- В том и суть, милорд!

Фитцджеральд, Шрам и Обри обменялись такими взглядами, будто встреча Орудия с Нексией была давно ожидаемым событием.

- Поясните-ка, - потребовал герцог."

"- До сего дня кайр Джемис пользовался незаслуженным успехом у миледи. Видимо, дело в Стрельце: где кайру не хватает обаяния, там пес дает взаймы. Но Орудие – идова мерзость, а Лиллидей по своей воле взял его под опеку. Вот мы все и ждали: что скажет миледи, когда узнает?

- И что же?

- Миледи – достойная женщина, я всегда говорил. Она уточнила: «Это носитель Перста, взятый в плен?» Джемис ответил: «Да». И она сказала так, чтобы слышали все: «Ваши враги - чудовища, но будьте людьми, господа. Вы проиграете без единой битвы, если сами станете чудовищами!»

И Шрам, и Фитцджеральд, и Обри выглядели восхищенными. Нексия прочно завоевала место в их сердцах. Шрам добавил:

- Потом я улучил минутку и объяснил миледи, что Орудие – затея Лида с Лиллидеем, а все остальные – против этой дряни.

Эрвин закашлялся.

- А мне казалось, Орудие – моя затея.

- Это совсем другое дело! Вы только придумали план, продиктованный необходимостью. Но Джемис по собственной воле, ради удовольствия сделался стрелком. Помяните мое слово: когда кончится война, и вы возьмете меч, чтобы убить Орудие, Лиллидей начнет протестовать.

- Кайры, я запрещаю дурно говорить о Джемисе. Тьма сожри, я обязан ему жизнью!

- Так точно, милорд, - легко согласились все трое.

Им и не требовалось плохо говорить о Джемисе. Главное, что Нексия плохо о нем подумала.

Этой ночью Тревога поинтересовалась:

- Как по-твоему, милый, кто лучшая пара для еленовки – Джемис или Шрам?

- Святые боги, ты смешна! Во-первых, Шрам женат. Он просто играет, чтобы насолить Джемису.

- Женат?! Он не носит браслета.

- Супруга Шрама приезжала ко двору. Дородная нортвудка, ее сложно не заметить.

- Ах!.. Я думала, это альтесса.

- А я думаю, жена.

- Тьма сожри, это даже хуже! Если Нексия выберет Шрама, он убьет супругу, дабы жениться на еленовке.

- Как – убьет?..

- Запросто.