Дрессированная смерть

Пятна крови, смятые простыни, растрепанные подушки – все это напоминало его теперешнюю жизнь, со всеми ее неожиданными поворотами. Он все еще не мог поверить в то, что произошло. Кто он теперь такой? Что с ним будет? Зачем жить дальше, и вообще, есть ли во всем этом смысл? Он не находил ответа.

– Завтра я уезжаю, – прервав размышления Андрея, произнесла Лариса, – не хочу тебя больше видеть. – Сказанное не произвело никакого впечатления на Лаврова, он и так понимал, что между ними все кончено.

– Я давно должен был догадаться, что у тебя бывало что-то с Алексеем, – спокойно ответил Андрей Лавров."

"– Я тебе говорила, что не хочу жить здесь. Ты неудачник, у тебя ничего не получается. Не собираюсь тратить свою молодость на тебя. Я создана для красивой жизни. Да и биологический факультет Московского университета не для того окончила, чтобы с тобой в этой дыре сидеть. Я ухожу к Алексею, он обеспечит меня всем, в отличие от тебя, ты… – не успев договорить, Лариса встретилась взглядом с Андреем и замолчала.

– Извини меня, я стал другим за последнее время, – смотря прямо в глаза капитана, произнес Загорский. Выдержав пятисекундную паузу, майор продолжил: – Ты поступил правильно, на твоем месте я бы сделал то же самое. Единственная моя ошибка в том, что я не сказал тебе об этом раньше. Еще тогда, на пляже, она понравилась мне. Мы встречались тайком от тебя, занимались любовью на твоей постели, когда тебя не было дома. – Он думал, что сказанное шокирует Андрея, но ничего не происходило, Лавров по-прежнему внимательно слушал Алексея.

– Сам понимаешь, я свое получил, – он осторожно дотронулся до синяка под глазом, сильно напухшего от крови. Но, почувствовав боль, резко отдернул руку и продолжил: – Я знаю, что у тебя еще проблемы с начальством, а тут еще и это… С кем не бывает…

– А ты все-таки редкостная сволочь. Если бы узнал раньше, то убил бы, – произнес Андрей, – оставайтесь вместе, трахайтесь, сколько хотите. – Поднявшись с дивана, Лавров хлопнув дверью, вышел из комнаты.

При выходе из подъезда Андрея обдуло осенним ветром. По дороге, прилегающей к пятиэтажному дому, неслись клубы пыли вперемешку с желтыми листьями. Лавров почувствовал полную свободу, он еще никогда раньше не испытывал подобного чувства. Застегнув верхнюю пуговицу, он зашагал в сторону кафе.

«Нажрусь!» – выдавил из себя Лавров.

В тот вечер Андрей напился, оставшись ночевать у прапорщика Егорова. Прапорщик искренне сожалел. От него самого два года назад ушла жена, забрав с собой трехлетнюю дочку. Так что проблемы, которые свалились на Лаврова, прапорщик воспринимал с пониманием. Поднявшись наутро, Андрей почувствовал сильную головную боль, сначала не осознавая, что находится в чужой квартире.

Чужая обстановка вернула его в реальность.