Дрессированная смерть

– Если вы не поймаете русского, я порву вас на части, – гаркнул на боевиков Омар.

– Да мы… – отозвался Айман.

Сплюнув на землю, Омар зло глянул на охранников.

– Он поехал длинным путем, мы срежем. Остановите грузовик любой ценой, – произнес главарь, но вспомнив, что у офицера в кейсе штаммы сибирской язвы, добавил: – По машине ни в коем случае не стрелять, – если контейнер повредится, нам конец.

– Как мы его остановим? – изумился Масуд.

– Перекройте дорогу, он не должен проскочить.

Глаза бригадного генерала налились кровью. Омар понимал, что все его неудачи лишь от одного человека – русского майора, которого, если представится такая возможность, он задушит собственными руками.

– Клянусь Аллахом, я убью его. Шакал, – громко сказал Омар.

На площадку выехали две БМП и следом за ними два «Урала».

– Я разнесу их к чертовой матери, – Омар смотрел, как забираются в БМП Айман и Масуд.

* * *Окончив разговор, Вежновец положил микрофон рации на ящик, было заметно, как предательски дрожат пальцы. Окружающие его спецназовцы пытались по обрывкам фраз чекиста восстановить весь разговор, однако это было сложно. Все наблюдали за странной реакцией офицера ФСБ.

Опершись о стену КДП, Вежновец пытался взять себя в руки, однако сохранить самообладание не удавалось. Лицо побелело, как будто на него наложили густой грим, и покрылось мелкими каплями пота.

– Едут! – снайпер, стоявший у окна, приник к окуляру оптического прицела, – грузовик показался.

– Что случилось? – прапорщик с опаской наблюдал за чекистом.

– Очень многое. Случилось многое, – повторил Вежновец. – Операция практически провалена.

– Что-то с заложниками? – прапорщик встревожился.

Он с самого начала понимал, что у пленных почти нет шансов, и был готов к худшему. Его тут же обнадежил снайпер.

– Люди в кузове.

– Срал я на заложников! – истерический крик Вежновца пролетел над аэродромом и эхом вернулся от скал. – Какие к черту могут быть заложники? Я говорю о кейсе! Контейнере со штаммами…

Некоторое время он следил, как десантники помогают гражданским покидать машину. Суеты не было. Вежновец властно приказал:

– Старший лейтенант Барханов, подойдите ко мне.

Говорили они тихо, без эмоций. Вежновец к концу разговора стал бледным, словно лицо его обсыпали мукой. Присутствовавшие десантники переглянулись, думая, что и так полоумный чекист теперь и вовсе чокнулся.

Вежновец сообразил, какое он производит впечатление, и постарался напустить на себя властный вид. Он вышел вперед.

– Майор сейчас в лагере боевиков, – голос его обрел прежнюю уверенность и хладнокровие. – С этого момента я отстраняю его от командования.