Дрессированная смерть

Павел оговорил в ответе сведения о возможных повреждениях авиалайнера и о состоянии второго пилота, но обнадежил, что попробует сам управиться с возникшими проблемами. Сейчас самое главное – добраться до контейнера. Он понимал, что задание будет выполнено только тогда, когда штаммы сибирской язвы окажутся у него в руках, а не у неподконтрольного ему майора, который способен плюнуть на все указания свыше, будто хозяином над ним один Господь Бог.

Вежновцу не нравилось просто так, без всякой причины, ломать судьбы людей. За годы, проведенные на службе в «конторе», он твердо уяснил: мешать исполнению приказа или достижению цели может лишь физическая преграда, но никак не моральная. Поэтому майор Лавров оставался для него загадкой, он не понимал его целей и идеалов. Заложников Вежновец воспринимал лишь как обузу, так как на их счет не было никаких указаний со стороны руководства ФСБ. Они не входили в план операции, а штаммы входили, и этим было все сказано. В этом, как ни странно, и было сходство капитана ФСБ с афганским террористом Мустафой, оба – идеальные исполнители приказов.

С высоты контрольно-диспетчерского пункта Вежновец увидел приближающегося бортмеханика и про себя подивился, как быстро тот управился.

– Ну что? – первым делом спросил он, только спустившись вниз. Ни его тон, ни выражение лица не отражали бурю эмоций и волнений, бушевавших внутри."

"– Внешняя оболочка не повреждена… герметизация не нарушена, – замялся бортмеханик, – внутренняя обшивка свое уже отжила, но с приборами все в порядке. Кресла разорваны в клочья, а крови в салоне столько…

– Меня не интересует состояние кресел и чистота салона! – резко прервал его Вежновец. – Вы гарантируете, что самолет поднимется в воздух? Он не развалится до Душанбе?

– Могу, но второй пилот…

– Вот и отлично. Вы свободны, но прошу из ангара никуда не отлучаться, и следите, чтобы спирта он больше не пил.

Внимание Павла привлекла группа десантников, человек десять, возле здания аэропорта.

«Значит… Барханов вернулся. Надо торопиться, пока мне прапор общую картину не испортил».

Вежновец понимал, что ему начинает везти, и везти по-крупному. Даже несмотря на неопределенность в судьбе контейнера со штаммами. Не успел он узнать об исправности авиалайнера, как вернулся с гор старлей. Второе лицо в отряде после Лаврова, человек, с которым, как казалось чекисту, можно договориться. Понемногу все элементы-этапы одного плана стали проясняться и уже не представляли собой беспорядочное множество вопросов и проблем, а стали складываться в единую цепочку на пути к одной, главной цели. Штаммы были захвачены майором, вопрос об эвакуации практически решен. Сейчас предстоял последний этап – доставка контейнера на аэродром.