Не дразни дракона

Вот зачем сказала? Зачем принялась спорить с этим мужчиной? Неужели не могла промолчать?

Думаю, только полыхающие щёки и спасли… В смысле Владыка точно хотел продолжить тему моего энтузиазма, но сжалился и свернул к теме Лаэри-Эрилайзы."

"— Мой предок был влюблён, — сказал, словно штамп поставил. — Бесконечно и безумно. Его пламя горело настолько ярко, что требовало дополнительного выхода. Откуда, по-твоему, взялся Лунный сад?

В этот раз я благоразумно промолчала. Даже прикусила язык, чтобы не прокомментировать!

— Пламя усиливает магию, — продолжил Дарнаэш, — и если пламя не находит выхода, то магический потенциал становится настолько велик, что приходится сбрасывать излишки силы. Огонь Карнаэша был сильным, излишки магии колоссальными, и вот итог.

У меня аж мурашки побежали — вот же пра… Прямо роковая женщина!

— Когда она ушла, предпочтя какого-то человечишку, Карнаэш начал сходить с ума, и высшие силы сжалились. Они погасили его пламя и позволили обрести другую пару. Во второй раз пламя горело совсем иначе — спокойно. Карнаэш был счастлив, он прожил хорошую жизнь.

Трогательный рассказ. Я бы даже слезу пустила, если б не один момент. Кому-то человечишко, а кому-то сколько-то раз прадед. И не нужно его оскорблять!

Я фыркнула, а Владыка…

— Что? — прозвучало враждебно.

— Ничего. Но я прошу выбирать выражения, когда говоришь о моих предках.

Взял паузу, подумал, и…

— Отступница предала свой народ и отвергла пламя достойнейшего из драконов.

Это был как бы аргумент. Некая истина, которая не подразумевала споров и объясняла всё — с точки зрения Дарнаэша, конечно.

Но я смотрела на ситуацию иначе. И да, за пра по-прежнему было обидно!

— Предала народ? — я опять остановилась и развернулась, чтобы оказаться с синеглазым ящером нос к носу. Ну, насколько это возможно, учитывая разницу в росте. — Вообще-то это вы нарушили свои законы, а не она.

Дарнаэш посмотрел снисходительно, пришлось напомнить:

— Ты сам говорил, что драконы вольны в выборе пары и никто не может навязать нежеланный брак. А моей пра навязывали твоего Карнаэша. Я ничего не имею против, уверена, что он был замечательным, но сердцу не прикажешь. Лаэри выбрала, а вы не пожелали и слушать. Не удивительно, что она разозлилась. Я бы на её месте вообще всё тут разнесла.

Я была искренна и ждала… уважения что ли.

Но вместо этого услышала:

— Ты выходишь замуж за Биорика Кривоногого, — Владыка подался вперёд, наклонившись к моему лицу. — И это не любовь, а навязанный политический брак.

Щелчок по носу был обидным. Особенно на фоне того, что я пока успешно этому замужеству сопротивлялась. Ведь именно из-за него сбежала в деревню и, будучи принцессой, топила печь, ходила по воду и даже собирала коровьи лепёшки, чтобы удобрять огород.