Драмы больше нет

Мама не уставала мне повторять, что отец – поистине талантливый актер. И я с прискорбием отмечала для себя, что она права.

Скрыть от людей тайну моего происхождения было достаточно трудно. Со школьных времен я помню, что люди интересовались моей фамилией. С тех пор, как имя отца перестало сходить с титров кинолент и с заголовков газет и журналов, моя фамилия стала для меня испытанием. Фамилию Кауто нельзя было назвать распространенной в России, поэтому девять человек из десяти обязательно начинали либо присматриваться ко мне, но это самые воспитанные, а другие и вопросы принимались задавать. Довольно долго я чужого любопытства жутко стеснялась. Ну, что я должна была сказать незнакомым людям? Что я внебрачная дочь того самого Родиона Кауто? Который не видел меня и даже не стремился этого сделать с тех самых пор, как мне исполнилось два года? Да и, вообще, я, можно сказать, ошибка его молодости, и ничего более.

Да и после того, как мы с отцом, можно сказать, свели более близкое знакомство, когда я стала вхожа в его дом, и стала как бы неотъемлемой частью его семьи, удобнее мне от всего этого не стало. И радостнее тоже. Потому что, если папа и сестра улыбались в камеры и рассказывали о том, как они все счастливы от того, что я есть в их жизнях, я, в принципе, не знала, что сказать. Потому что близости, как таковой, между нами не появилось. Общение наше больше напоминало общение дальних родственников. И рассказывать об этом людям, любопытствующим и журналистам, было нельзя. А врать, улыбаясь, я не умею. Этого таланта папочка мне не передал. Поэтому своей фамилии я всегда стеснялась. Поначалу было неловко от того, что я ненужная дочь, а теперь от того, что приходится врать, будто нужная и любимая.

– Может, мне фамилию сменить? – как-то задала я риторический вопрос в кругу семьи.

– Замуж выйди, – посоветовал мне отчим без всякого намека на сарказм. Кстати, совет его был дельным, вот только с его осуществлением как-то плохо выходило. Не везло мне.

Пользуясь тем, что сотрудников ещё нет, я повернулась к компьютеру и открыла браузер. Подумала, подумала и набрала в поиске свою фамилию.

Если честно, это очень странное ощущение. Когда на твою фамилию на экране начинают пестреть фотографии людей, которых ты знаешь. Твои родственники, твоя семья, а на некоторых снимках и твоё лицо мелькает. Вот отец на вручении очередной премии киноиндустрии. Один, с женой Еленой, а вот и Альбина рядом с ними. Вот сестра позирует перед фотокамерами одна, в дизайнерском наряде, с обворожительной улыбкой на лице, демонстрирует красивый, аккуратный носик. Это была тайна за семью печатями, но я доподлинно знала, что нос Альбина себе подправляла у именитого пластического хирурга в Германии.