Драмы больше нет

Я хочу подписать с Федотовым обязательства, что он гарантирует финансирование намеченных ранее проектов. Я хочу, чтобы ты не совалась туда, куда тебе соваться не следует.

– Что ты имеешь в виду?

– Я имею в виду ту женщину, Настя. У которой, якобы, ребенок. Ты ведь была у неё, ты с ней говорила.

– Говорила, – подтвердила я. – И не думаю, что она врет.

– Да Господи, кого это интересует!..

– Да, я помню. Возможный брат тебя не интересует.

– Да, меня куда больше заботит скандал, который она собирается разжечь.

– А её заботит её ребенок. Она имеет на это право. Пусть отец поступит правильно, и я больше, чем уверена, Анна не пойдет в суд.

– Правильно? – переспросила Альбина."

"Я развела руками.

– Алименты, отцовство, если понадобится. Если он наотрез отказывается делать анализ ДНК, судя по всему, не сомневается в своей причастности появления этого мальчика на свет.

– И ты так спокойно об этом говоришь? – удивилась Альбина.

– А что такого? – Я хмыкнула. – В конце концов, отец частенько говорит, что хотел бы сына. Так вот, он у него появился.

– Сына рожают от жены, а не от девки!..

Я вздохнула.

– Аля, ты бы сама с ней встретилась, – посоветовала я сестре. – Никакая она не девка. Просто… девочка, которая ошиблась. Ты знаешь, что она хватается за любую работу, чтобы содержать сына, мать и себя? По-моему, это достойно уважения. И много говорит о ней, как о человеке.

– Ты тоже девочка, которая ошиблась. Которая залезла не в ту койку, не к тому человеку. Предлагаешь и тебя пожалеть?

– Все мы не святые.

– На меня намекаешь? – Аля неприятно ухмыльнулась. – Ну да, ну да. Не святые. – Она отвернулась от меня, но совсем ненадолго. А когда снова на меня взглянула, решительно проговорила: – Я дам интервью Грушеву.

– Что? – удивилась я.

– Он звонил мне вчера. Лично. Предлагал эфирное время.

– И ты согласилась?

– Я обещала подумать.

– Аля, это глупо, – сказала я, пытаясь донести до сестры правду. – Во-первых, ты же не думаешь, что всё так просто? Что ты придёшь, расскажешь свою правду, и все тебе безоговорочно поверят? Аля, это же Стас Грушев. Он первый скандалист и негодяй на нашем телевидении! Этому человеку нельзя верить!

– Тебе предлагали прийти в студию? – тут же спросила Альбина, с жадностью глядя на меня.

– Предлагали, – призналась я. – На следующий день после выхода той передачи. Но я отказалась.

– Какая ты правильная!

– Дело не в правильности, а в том, что ничем хорошим это не закончится. И тебя, и меня всё равно поймают на лжи, на какой-нибудь мелочи, и скандал грянет с новой силой.