Драмы больше нет

Посмотрела непонимающе.

– Что?

Федотов допил одним глотком виски и со стуком поставил пустой бокал на стол. Повернулся к Альбине."

"– А ты как думала? – изобразил он удивление. – Что мы выйдем с тобой под ручку на очередном светском рауте, и все сразу все забудут? Это не кино, Аля. Это злая жизнь в Москве.

– Ты что, предлагаешь развестись?

Федотов мотнул головой.

– Я не предлагаю. Я говорю, что выбора нет. Мы разводимся.

– Ты с ума сошел? – Альбина повысила голос, и я понимала, что в этот раз это не наигранно. А потом она ещё и ткнула в меня пальцем. – Из-за Насти?

Ромка остановился посреди комнаты, будто изваяние греческого борца, упер руки в бока. Взгляд был темнее и злее, чем я когда-либо видела. И смотрел он прямиком на Альбину. Но, надо признать, что её взгляд был не менее воинственным.

– Из-за неё, – выдохнул Федотов. – И из-за твоего танцора. И из-за Кости Быкова. И кто там ещё был? Тебе весь список озвучить?

Аля всё-таки вспыхнула, я заметила. Смутилась на мгновение, но снова пошла в наступление.

– А ты лучше? Ты лучше?!

– Не лучше, – громыхнул Федотов. – Поэтому и разводимся.

– Это ты во всём виновата, – в следующую секунду прилетело мне от сестры. – Ты виновата! Мало того, что ты, как последняя тварь, все эти годы спала с моим мужем, так ещё и притащила в дом этого мерзкого репортеришку!

Я разглядывала кольцо на своей руке. Секунда, две, три, затем я подняла на сестру глаза и сказала:

– Я его не тащила. Это вы настаивали на том, чтобы заманить Петю в этот дом. Вам очень хотелось подружиться с братом Стаса Грушева. Подружились?

– Ты ещё нас и обвиняешь? – в полный голос ахнула Альбина, и оглянулась на мать в качестве поддержки. – Мам, ты слышишь? И это за всё, что мы для неё сделали!..

– Замолчите все! – повысила голос Зоя. – Мы семья, в конце концов!

– Да, бабушка, семья, – язвительно протянула Альбина. – В которой сестра лезет в постель к моему мужу!

– Так, может, тебе самой чаще надо было бывать в постели мужа? – не удержалась я. – Это я с ним жила, Аля. Я с ним прожила почти четыре года, каждый день. А ты появлялась раз в месяц, а то и реже. И я не видела, что ты сильно была этим расстроена!

Мы с Альбиной замерли друг напротив друга, глаза в глаза, глядя друг на друга явно не как сестры, а с той самой злостью, недоверием и возмущением, которые копились в нас долгие годы.

– Ты не имела права!.. – выдохнула она мне в лицо.

– Не имела, – согласилась я. – Вот только я его любила. А ты?

Федотов сзади дернул меня за руку и негромко попросил:

– Сядь.

Я села, практически упала в кресло.

Альбина продолжала стоять, воинственно уперев руки бока и в волнении крутя головой по сторонам, ища поддержки у родных, но вряд ли что она видела в этот момент. Зло усмехнулась.