Drama Queens, или Переполох на школьном балу

Почему вы не танцуете?

– О, я не участвую в бале, – махнула Кэт рукой. – Я просто распорядитель.

Но, кажется ответ показался недостаточно убедительным.

– Тем более вы должны знать все! Вдруг меня не будет и вам придется отрабатывать движения самостоятельно?

– Я запомню. У меня хорошая память, и я все снимаю на камеру, видите? – Кэт развернула ноутбук вперед экраном, продемонстрировав, что идет запись. – К тому же у меня все равно нет партнера.

И тут она поняла, что последняя фраза была ошибкой. Словно сокол на охоте, миссис Шнайдер резко обернулась, увидев цель. Цель, которая, сидя спиной к вальсирующим, даже не подозревала о чужих коварных намерениях.

– В этом зале абсолютно точно есть один свободный молодой человек. – Взгляд миссис Ш.

впился в Хитклиффа, профессионально делавшего вид, что красить нарисованный забор – самая интересная вещь, которой он когда‑либо занимался.

– Он не умеет танцевать! – выпалила Кэтрин.

– Нет, я умею, – обернулся парень.

– Нет, не умеешь!

– Умею.

Теперь весь зал смотрел, как они препираются.

– Как твое имя? – рявкнула миссис Ш.

– Хитклифф, мадам."

"– На паркет, – скомандовала она, а потом хмыкнула словно хорошей шутке: – Ну, надо же!

Кэтрин и Хитклифф! Идеальная книжная пара.

– О, спасибо, это так мило, – встрял Хитклифф, улыбаясь так, как улыбаются троюродным тетушкам, которых видят раз в пять лет на семейных юбилеях. – Нам все так говорят!

– Заткнись, Cиндикат!

– Хватит болтать! Раз, два! Встали в позицию.

Все без особого энтузиазма заняли свои места.

– Позволите? – Хитклифф, улыбнувшись, протянул руку.

– Не позволю, но у меня нет выбора. Или танцевать с тобой, или быть рассеченной напополам старой клюшкой, – ответила Кэтрин, принимая приглашение, и удивилась, что его рука легла четко на нужное место. «Ну хоть это запомнил», – подумала Кэтрин, судорожно вспоминая шаги.

– Раз-два-три! Раз-два-три!

Кэтрин хотела спросить, готов ли он и знает ли, что нужно делать, но Хитклифф чуть крепче сжал ее ладонь и повел по залу именно так, как требовалось. Аккуратно, мягко, уверенно. Как будто делал это уже много раз. Он не боялся ее уронить, не боялся кружить и стоять так близко, что она

чувствовала, как его грудная клетка касается пуговиц на ее рубашке. Черт побери, да он умел танцевать!

После тех жутких па, что она уже двадцать минут наблюдала, после постоянных возмущений из‑за оттоптанных ног, после вида испуганно Пенни, которую во время каждого поворота Волк Уилсон раскручивал так, словно хотел как спутник запустить в стратосферу, казалось, ничто больше не сможет ее удивить. Но Хитклифф, мать его, из колумбийского наркокартеля умеет удивлять.

– Что они делают? – шепнул он, кивнув на пару слева.

Гарри и Эмбер вытворяли безумные движения.