Почему драконы изменяют?

Силён и самоуверен!

— А теперь кыш, — махнул он рукой, обращая всё своё внимание на мой артефакт.

— Через час, — пробормотала я. В то время как он придвинул к себе браслет и потянулся за небольшим молоточком, у меня дёрнулся глаз, и я решила поскорее оставить мастера. В конце концов, он дал мне магическую гарантию, а как будет ремонтировать браслет, лучше не знать.

Поднявшись, я решила с пользой провести освободившееся время — пройтись по лавкам. Ведь на бульваре располагались не только артефакторские магазинчики; стоит немного углубиться, и можно найти всё, что душеньке угодно. Но я не успела выйти из уютной мастерской, как раздался знакомый голос:

— Шишу! Старый ты прохвост! — звонкий женский голос привлёк внимание дракона, он вскинул голову и тепло улыбнулся, ожидая, когда она преступит порог его мастерской, — вот ты где! — девушка весело блеснула глазами, а после удивлённо вскинула брови, увидев меня, — вот это встреча…

— Элеонора, артефакт моей души, бальзам для моего старого сердца, как я рад тебя видеть! — он забавно подскочил с монокуляром в глазу и поцеловал ей руку. — Правда, я капельку занят, не могла бы ты заскочить через час-другой?

— Конечно, — она скользнула взглядом по мне, по дракону и даже успела пробежаться им по рабочему столу. Вот, что значит привычка! — Вернусь через час, — подмигнула она и подхватила меня под руку, ведя в зал."

"— Ты решила последовать совету и приобрести парочку артефактов? Хвалю за выбор места. Ашеришушас делал артефакты ещё тогда, когда в твоём мире ведьм на костре сжигали… Ариша, покажи артефакты для личной безопасности юных красавиц, да такие, чтобы и не сразу понять, что это артефакты.

— На самом деле я здесь случайно; у меня сломался браслет, и я решила отремонтировать застёжку. Лавочка показалась мне уютной.

— Это всё заслуга его жены, правда, Ариша?

— Бабушка помешана на уюте. Там, где касаются её руки, расцветают цветы, делается ремонт, и пахнет её любимыми специями, — девушка вытащила тяжёлый разнос, оббитый синим бархатом, со всевозможными украшениями и ловко поставила перед нами.

Она была совсем юной. Как говорится в этом мире — не прошла и первого совершеннолетия, а так бы я сказала, что ей лет пятнадцать, не больше. Её фигура ещё не до конца сформировалась, она не могла похвастаться прелестью форм, была высокой, худой, с большими широкопосаженными глазами, острыми скулами, миниатюрным ротиком и густой копной платиновых волос. Уже сейчас можно было сказать, что её внешность была необычной, и в том была своя прелесть.

Она вместе с Элеонорой со вздохом восхищения склонились над разноцветными украшениями. Я же с подозрением смотрела на дознавателя.