Драконы космического флота

Меня всегда выбешивает, когда кто-то пытается мной, моими близкими и друзьями манипулировать. ЗС сейчас сделали марионеткой моего крёстного.

Ох, Николас! Ну что за блажь тебе пришла, чтобы я всегда находилась подле тебя. Уже давно устроил бы свою личную жизнь, обзавёлся детьми и был бы счастлив… Этот разговор между нами ещё состоится, а сейчас…

В поле моего зрения попадает очень знакомая рожа.

Дреды цвета бешеного апельсина и самодовольное выражение на лице Эдварда Пирса для меня как красная тряпка для быка.

Напомню, что Эдвард Пирс – младший сын одного из высших чинов Земного Союза. Работал при ЗС посредственным сотрудником, а сейчас, судя по новой форме и нашивкам, он взобрался очень высоко. Только за какие заслуги? И почему ему не приказали убрать с головы этот оранжевый кошмар? Он позорит Земной Союз не только своим внешним видом, тупой рожей, но и самим своим существованием.

Этот тип – очень скользкий человек. И не будь у него родителя в высших чинах, работа при Земном Союзе для него навсегда осталась бы мечтой.

Мне остаётся только скрипеть зубами и сжимать руки в кулаки, потому как открывать рот и требовать объяснений, что Пирс тут вообще забыл, и за каким чёртом его повысили, будет не просто глупо.

Пока я размышляю, адмирал, капитан и члены ЗС представляются друг другу.

— До нас дошла информация, что вы уже в курсе, почему все мы здесь собрались, — весьма суровым тоном произносит первый генерал Земного Союза Герман Льес. — Полковник Виктор Гор совершил весьма опрометчивый поступок.

Рикард усмехается и делает замечание:

— Земной Союз решил наказывать за дружбу? Очень интересный у вас подход.

Генерал хмурится, отвечает спокойно, но холодно:

— Полковник скрыл информацию о ваших дружественных связях. Тем более отражать в отчёте, что запрос на земного хирурга отправили кассы, а после выясняется, что это были не кассы, а драконы – не делает ему чести.

Адмирал сохраняет покерфейс, но я вижу, как на его висках появляются чешуйки. Он злится, очень сильно, но эмоции держит в железной узде.

— Позвольте полюбопытствовать, какое наказание вынесли или вынесут полковнику? — интересуется он совершенно спокойным голосом."

"— Вы можете узнать, но чисто из уважения к вашей расе, адмирал. Судьба полковника буде решена на военном трибунале в конце этого месяца по земному календарю. Пока его отстранили от службы и лишили звания. Расследование покажет, насколько суровым будет его наказание. Большего вы не узнаете, адмирал.

У меня от слов генерала, полных превосходства дёргается глаз.

Адмирал же очень любезно выслушал его ответ и после вежливо произносит:

— Благодарю и за это, генерал Льес.