Главная проблема Академии Драконов

Риз всего лишь заплутала в ночи; потерялась и перепугалась, а Эйдан МакГилл благородно помог ее отыскать.

Вскоре я закрыла за собой дверь в нашу комнату.

Возле кровати Риз горел маленький светлячок, и я, подойдя, посмотрела на спящую подругу. Ее рот чуть приоткрылся, щеки порозовели, губы улыбались, словно она видела во сне нечто приятное.

Возможно, Эйдана МакГилла.

Вздохнув, я уселась на край ее кровати.

Прекрасно понимала, что последствия сегодняшнего происшествия не заставят себя ждать. Те две курицы вскоре окончательно придут в себя, и, пусть Кайден пригрозил им, а мне пообещал все уладить, они непременно начнут мстить.

А мстить эти девицы умели только подло и исподтишка. Особенно Селия Винслер, которая оказалась еще и дочерью какого-то там советника."

"Это означало, что война продолжится — безжалостная и на выживание, и в академии останутся либо они, либо мы с Риз.

Но я ни в коем случае не собиралась сдаваться!

Глава 7

Этой ночью я почти не спала. Ворочалась в кровати, пялясь в темный потолок, раз за разом прокручивая произошедшее в голове.

Ругала себя за то, что не уследила. Понимала же, что Риз вела себя странно, но ничего с этим не сделала. Вместо этого позволила подруге улизнуть из общежития.

Единственное мое оправдание — о приворотных зельях я слышала лишь краем уха. Никогда не сталкивалась с такими на Чаверти, поэтому не сумела сделать правильных выводов.

Ну что же, теперь столкнулась и больше ошибок допускать не собиралась.

Еще я думала о Кайдене Ритчере, чья помощь оказалась как нельзя кстати, и о собственной странной реакции на его прикосновение. Размышляла об этом, иногда притрагиваясь к тем местам на щеке и губам, куда прикоснулись его пальцы, пока не пришла к выводу, что мне это совершенно ни к чему.

Никакие подобные реакции мне не нужны; главная моя задача — удержаться в Академии Эльрена и призвать собственного дракона!

Наконец, все-таки забылась перед самым рассветом, и сны мне привиделись в высшей степени странные. В них снова появлялись то виверны, то драконы, то я просто парила по воздуху, перелетая с острова на остров.

Но мама постоянно была рядом — сопровождала меня на черном драконе и очень переживала. Боялась, что я сорвусь и упаду.

Но я не собиралась этого делать. Вот еще!..

Отец тоже был неподалеку.

Странное дело — впервые за все время, сколько я себя помнила, мне удалось почувствовать его присутствие.

Признаться, раньше я никогда о нем не думала. Слишком часто в разгромных проповедях отца Таккера звучало, что я — дитя порока, и мой отец — страшный грешник, который всего лишь пролил свое семя в мою мать, удовлетворив низменную похоть.

После этого он о нас забыл. Вот и мне не стоило о нем думать.

Я и не пыталась.