Наследница драконов

Оказалось, Мирика, сама того не зная, перешла дорогу местной королеве — дочери богатого купца, девице с третьего курса человеческого факультета по имени Олсея. Вроде бы ничего себе девушка, темноволосая, невысокая, с неплохой фигурой и на лицо не страшная, но был у нее пунктик — всегда и везде быть главной. А если вдруг кто-то не давал собой командовать, Олсея надувалась, как мышь на крупу, потом начинала причитать, что ее обидели, и строить планы страшной мести.

Началось все с подножки в коридоре. По замыслу, в результате милой шутки Мирика должна была смешно упасть, а она почему-то устояла на ногах, а на попу села сама Олсея. И тут же завопила: «Эта дрянь меня ударила!» И понеслось…"

"Даже те, кто Олсею не поддерживал, старались с ней не связываться. Ибо чревато. И очень скоро Мирика осталась одна. Если б не драконьи щиты, ей пришлось бы совсем плохо. Но и с ними приходилось нелегко — были попытки помочь ей навернуться с лестницы, опрокинуть на нее кастрюлю с кипятком, попортить платья и учебники. И еще был изматывающий душу шепот за спиной…

Я отлично понимала, что пережила Мирика. Когда мне было одиннадцать, худенькую тихую принцессу невзлюбила одна из придворных дам. Началось все с подколок, выдаваемых за заботу: «Ах, принцесса Астер, вы, наверное, плохо спали? У вас сегодня такой землистый цвет лица…» Или: «Принцесса, как вы повязали этот шарфик? Бант совершенно кривой! Давайте я его перевяжу… Какой интересный рисунок, я посмотрю получше… Ах! Простите, он упал в камин — я такая неловкая!» И под смешки придворных я смотрю, пытаясь сдержать слезы на глазах, как последняя память о маме — ее шелковый шарф — обугливается на горящих в камине дровах. Потом были щипки, тычки в темных переходах… но ничто не причинило такой боли, как вид кусочка шелка, тлеющего на углях.

Наверное, просто существуют люди, которые не могут чувствовать себя счастливыми, не топча тех, кто рядом. Вот только почему они считают это своим правом?

— И что будем делать? — поинтересовался Шао, откусывая полпирога.

Я задумалась. Миндальничать желания не было.

— А давайте эту Олсею с компанией сперва выставим на посмешище, а потом подставим?

Уплетавшая выпечку за обе щеки, как хомяк, готовящийся к трудной зимовке, Мирика уставилась на меня круглыми глазами. Я жизнерадостно улыбнулась.

План придумался на лету. Была суббота, значит, завтра выходной, а сегодня после занятий женская часть общежития отправляется в парные. Услышав это, я захлопала глазами: в Академии еще и баня есть? А что еще тут можно отыскать? Цирк и зверинец? Бедный Борден тер Барракш! Стать ректором Академии, чтобы курировать закупки мыла, — есть в этом некая вселенская несправедливость!

Компания Олсеи приходила на помывку обычно к восьми вечера.