Наследница драконов

— Давай! Но ты собиралась купаться раздетой? Не одевайся только из-за меня… я ж тебя уже видел…

Захотелось брякнуть в ответ: «А я тебя — нет!», но что-то от этого удержало. И так Арден слишком остро на меня реагировал. Может быть, дело в том, что он взрослее Ти?

— Хорошо, — кивнула я.

Разбежалась и рыбкой, без брызг, нырнула в глубокую воду. Арден, одетый только в бриджи, прыгнул следом. Опоздал! Вертя русалочьим хвостом, я уже чесала вокруг острова. Обогнув его, выплыла в центр пруда и улеглась на воде.

— Бель! Ну что ты со мной делаешь? Я за тобой теперь всю жизнь гоняться буду?

— Вырасти дракона — и догонишь, — засмеялась я. Потом перешла на серьезный тон: — Арден, я вчера не спросила. Что такое любовь-судьба?

Лежащий рядом на спине блондин вздохнул и посмотрел в бледное еще предрассветное небо.

— Это когда за всю жизнь можешь полюбить одного-единственного человека. И никто, кроме него, не нужен. Одна любовь навсегда. Это бывает очень редко. И, если случилось, уйти от этого нельзя. Судьба.

— Ты думаешь, у тебя ко мне так?

— Не думаю. Знаю. Когда я тебя увидел там, в зале Приемов, такую хрупкую, маленькую, худенькую, с невероятной решимостью в глазах, — будто стрела в сердце кольнула. И еще твои волосы… Как воды золотистой вечерней реки… я б расчесывал и разбирал их вечно…

— А как же Тиану? Как у него?

— Его ты зацепила еще раньше. Бель, когда-нибудь в легендах тебя назовут Погибелью Эльфов, — чуть грустно улыбнулся Ар.

Поги-бель… Тоже мне, скаламбурил, фыркнула я.

— Но ведь взаимная любовь-судьба — это хорошо? — хотелось в два гребка доплыть до него, обнять, прижаться всем телом. Но, наверное, лучше не надо…

— Знаешь, пока ты была недоступна, я как-то держался. А сейчас, когда ты призналась, что тоже любишь, желание сводит меня с ума… И ведь понимаешь, я всегда прохладно относился к любовным забавам. Ну, то есть я научился делать все, как надо… — Ар чуть смущенно замолк.

— Научился?

— Конечно. А ты как думаешь? Ты ж училась ездить верхом, метать кинжалы, летать, даже правильно бегать… А заниматься любовью — это тоже умение. Причем непростое. Поначалу его может заменить страсть, которая кидает двоих в объятия друг друга. Но этого недостаточно."

"Ар поймал в воде мою руку, поднес к лицу, а потом поцеловал запястье, вызвав волну тепла вдоль моего позвоночника и восхищенный вздох.

— Знаешь, боюсь даже думать о твоих талантах в этой области, — улыбнулась я. Воистину, все, что делал Ар, он делал превосходно. — Из нас троих я одна пока сплю спокойно. Не лишай меня этого, пожалуйста!

— А я тебе снюсь?

— Иногда…

— И что мы делаем?

— Где-то ходим, разговариваем. Ты мне улыбаешься, иногда целуешь.

— Эх-х, мне б такие сны… — мечтательно протянул Арден.