Наследница драконов

Так же приятно, как в тот раз, когда он делал мне массаж. Мм-м… может, завтра еще позагорать?

— Бель! Никаких «еще». Мы и так поздно спохватились. Не удивляйся, если будешь чесаться и облезать. Сейчас домажу — подними щит так, чтобы ткань не касалась тела. Тогда к утру станет легче. Вот облезешь, как линялая змея, — будет тебе урок!

Облезлая принцесса с сеновала… то-то Арден с его специфическим чувством юмора повеселится!

— Ти, полечи меня магией, а? Не хочу чесаться и шелушиться!

— Ладно! Но устроишь еще раз стриптиз на лужайке — помогать не буду!

Не желая выслушивать в сто первый раз уже висящее в воздухе продолжение тирады про «бла-ародных девиц до свадьбы», перебила жениха:

— Ти, а дракон сразу появляется большим или растет? А если растет, то при этом линяет или нет?

— Так, судя по вопросам, с тобой уже все в порядке, — усмехнулся жених. Но потом смилостивился. — Шторм не линял. Но твоя Нара, думаю, способна и не на такое. Я в вас верю!

Ти снова улегся на бок и притянул меня к груди, щекоча дыханием сзади шею и прикрыв рукой, как оберегающим крылом. Я вцепилась в эту теплую руку, переплела свои пальцы с его и уплыла в сон.

* * *

Ну, вот что за дела, а? — четвертый день подряд не дают выспаться! От шума, который доносился с улицы, проснулся бы и гном, намедни упившийся «Горной слезой» девяностоградусной крепости. И проснулся бы он очень злым! Вот совсем как я сейчас!

Ну что, накинуть полог тишины и спать дальше или все же пойти и выяснить, кто там с утра пораньше глотку дерет?

— Бель, — донеслась до меня мысль Тиану. — Похоже, мне не стоило учить тебя лазить по головам всех встречных и поперечных. С некоторых пор твои мысли, особенно по утрам, отличаются не свойственной принцессам красочностью и яркостью метафор.

— Ага, — фыркнула я, — а дяде Гвидо я объясню, что это меня в монастыре научили! И не забудь, что вклад в мое знание тролльего языка внес ты лично!

Эльф засмеялся.

— Ну чего, встаем? Похоже, Большие Брыли осчастливила визитом полномочная делегация местного лорда. Давай выйдем сами, пока нас не отрыли из сена. Сейчас мы — тер Свонны, да?

Наскоро привели себя в порядок — по щелчку воспроизвели на еще не проснувшихся головах самые простые из дворцовых причесок, потом разгладили одежду — я с сожалением поверх удобных штанов нацепила положенную Белизандре по статусу юбку амазонки. Наконец, задрав носы, с оседланными лошадьми в поводу, мы под руку выплыли из сарая.

Ор немедленно смолк, потому как все принимавшие участие в скандале открыли рты и уставились на нас. Тощий мужик — владелец сеновала, судя по всему, оказался старостой деревни.