Кай из рода красных драконов 4

Шасти завизжала:

— Ты что делаешь, скотина? Ты что, хочешь провалиться в преисподнюю?

— Я просто ищу приятелей, — рассмеялся Нишай, быстро оглядываясь.

— Некромант проклятый! Да чтоб ты сдох вместе с ними! — ругалась Шасти.

Похоже, колдуну было мало звона мечей ополоумевших живых и он пытался поднять мертвецов.

— Не выйдет! — бросил через плечо Ичин, отшвыривая дрыном одного из свихнувшихся барсов с коротким мечом. — Сражение шло выше по реке. Не скоро к тебе оттуда поспеет помощь!

Руки колдуна опять полыхнули. Я прыгнул на него, ударом клинка отбивая охоту творить всякую дрянь.

И тут же в глазах у меня помутилось, а сердце наполнилось любовью к этому странному парню с драконьим мечом. Великому наследнику самого императора!

Я ощутил холод в груди, а потом… жар! И мои руки в ответ засветились белым.

Блеснул меч, и колдун отпрыгнул от меня, как ошпаренный.

— Хрен тебе, а не печать! — закричала Шасти. — Ничего у тебя не выйдет, Нишай! Кай тебя на куски разрежет и скормит волкам!

«Так эта вспышка любви — и есть накладывание печати? — поразился я. — Попытка перетянуть меня на свою сторону? Я-то думал, что печать подчиняет волю, изменяет человека так же, как и личина…»

— Бейся, скотина! — взревел я, налетая на колдуна.

Нишай уклонился. Он явно чего-то ждал. Помощи мертвяков? Или того, что условно «его воины» победят наших и придут к нему на помощь?

— Кай, пригнись! — крикнула Шасти.

Молния полыхнула, но колдун ловко отбил её прямо в костёр. Столб искр и дыма взметнулся, казалось, до самого неба.

— Это ты зря, — спокойно сказал Ичин, отбрасывая и обезоруживая одного из воинов-волков.

Я понял, о чём он. В лагере была примерно треть наших воинов, остальные в лесу. Теперь они точно увидят, что тут творится неладное. И поспешат нам на помощь.

«Силы» Нишая, однако, подоспели быстрее.

Из леса выбежали два воина в чёрном. Лица их тоже уже почернели и были изъедены лисицами. Мечей у мертвецов не было, и они с голыми руками набросились на наших, источая трупный смрад.

— Шасти, бей их молниями! — приказал я.

Майман крякнул и навалил-таки дверь на Симара. И, прижав к земле, начал связывать. Как убивать своего же боевого товарища?

— А ты ж, скотина! — я с удвоенной злостью накинулся на колдуна, и мы закружились в поединке.

Он был ловчее — Незуру всё-таки не хватало гибкости. Да и я ещё не так хорошо, как хотелось бы, освоил его тело.

Но зато если клинки сталкивались, сила удара давала мне непривычное преимущество. Я мог буквально отшвырнуть слишком лёгкого Нишая.

— Что с нашими людьми⁈ — выкрикнул я.

Шасти не услышала. Она влепила молнией в мертвяка, и повалил столб такого же мерзостного дыма, как от молнии. Только ещё и вонючего.

— Я наложил на них печати! — выкрикнул Нишай.