Искушение генерала драконов (СИ)

— И правильно делаешь. Нянечку мою при тебе убили? Отвечай!

Она покачала головой.

— Что язык проглотила? Убили ее?

— Я не знаю, — она опустила взгляд. — Многие в ту ночь сбежали. Я не видела ее. Клянусь, не видела ни живой, ни мертвой.

— Да что мне с твоих клятв? Твой отец моему тоже в верности клялся, а в итоге что? — я махнула на нее рукой.

Шафат нахмурился и кивком головы приказал ей уходить. Она развернулась и спешно удалилась в сторону телег.

— Зря ты, лера, на нее так обижаешься, — голос мужчины стал тише. — Защищать не стану. Все знают, кто она и кем была. Но девка не плохая. Трудолюбивая, к детям добрая...

— Шафат, если яблоко гнилое, то что хочешь с ним делай, а свежим и наливным оно уже не будет никогда.

— Ох, лера, а разве ты не знаешь, что гниль ножом вырезают, да по живому. Не трогай ее, я тебя как друг прошу. И о нас молчи, не время сейчас.

— Что так? — мне стало любопытно. — Мужик у нее дракон, разве нет?

— И это тоже, — он кивнул.

— Тебе баба зачем из-под другого?

— Астрид, — он покачал головой. — Не бей словами, девочка. Ты зла на нее, я понимаю. Но не нужно отравлять душу еще сильнее ни себе, ни мне, ни ей. За грехи отца она ответила.

— А за свои? — я приподняла бровь.

— И за свои. Держи, вот тебе похлебка и сухари. Займи себя завтраком и не кусайся. Я же могу рассчитывать на твое молчание?

— Хм... решил купить меня бульоном? — Я сложила руки на груди. — Знаешь, чем послушницу Яники брать. Мяса туда добавь и по рукам. Ничего не видела и не знаю.

— Дорого берешь, лера, — засмеялся он и таки отстегнул мне немного остывшей оленины.

Не успела доесть, как за маленький грубосколоченный столик присела и Ксани. Выглядела лисица весьма неоднозначно. Мятая какая-то, взлохмаченная, а губы... припухшие.

— Любил или бил? — подколола я ее.

— Не спрашивай... Ни о чем!

— Выходит, любил, — усмехнулась и тут же за спиной услышала грозный рык Тагара. Злобный такой. Уж не знаю, кого он там распекал, но я тем бедолагам не позавидовала. — Нет, видимо, недолюбил, — поморщившись, отправила в рот последнюю ложку бульона.

— Ты всегда такой язвой была? — Ксани придвинулась ближе. — Или тебя тоже того... недолюбили?

— Меня? Сестра, опомнись, мы же только волею богини жрицами не стали. Это мы отлюбливать должны от и до. Не позорь Янику!

Она прыснула со смеху и обернулась к притихшему повару. Тот поймал ее взгляд, скупо улыбнулся и выдал тарелку с похлебкой и ей. И тут же, словно спохватившись, достал небольшую миску с нарезанными полосками копченым мясом.

— Спасибо, — она просияла.

— Приказ несчастного непринятого мужчины, — пробасил он. — Откармливать мясом при любой возможности. Но я ничего не говорил.

Я хохотнула.

— Вот видишь, Астрид, во всем есть свои плюсы, — фыркнула лиса.

— Молчи уже, — я послала этой шибко гордой скептический взгляд.