Между оборотнем и драконом [СИ]

Просто не забывайте, что вы здесь не одна. У вас есть мы. Есть я.

Последнее он произнес почти беззвучно, но она угадала по движению губ, и на сердце стало теплее. Захотелось согнать Эйфа с сиденья, сесть рядом с оборотнем и опереться на его плечо. Но Лиза сдержалась. Улыбнувшись в ответ, пожала руку Инмара и высвободила пальцы.

Нервозность растаяла без следа. Лизавета снова была спокойна как айсберг и собрана, как солдат на посту.

Произвести впечатление на матушку Эйфрила? Пф! Да раз плюнуть. Просто вообразим, что нам предстоит ответственное собеседование, от которого зависит дальнейшая карьера.

Экипаж подъехал к крыльцу…

Матерью Эйфрила оказалась рослая, гармонично сложенная блондинка. Она выглядела, двигалась и смотрела вокруг как королева. Настоящая хозяйка гнезда, у которой под началом несколько сотен мужчин, боящихся даже пикнуть.

— Эйфрил, мальчик мой, это и есть твоя невеста? — она смерила Лизавету тяжелым взглядом, не обещавшим дерзкому сыну ничего хорошего.

Лиза ответила таким же, попутно изучив драконицу от каблуков до макушки. Заодно отметила, что у нее с маменькой Эйфа схожий типаж. Может, потому рыжик и увлекся? Или все же волшебное ведро ему милей?

— Добрый день, маменька, — с долей ехидства сказала она, а как иначе, если «маменька» выглядела не старше ее самой? — Рада знакомству. Хочу поблагодарить вас за хорошее воспитание ще… дракончика!

Драконица на секунду опешила, но тут же взяла себя в руки. Ответила любезной улыбкой и, не скрывая скепсиса, уточнила:

— И как тебе мой сын?

— Отлично выкормлен, обучен и воспитан, — серьезно ответила Лизавета, стараясь взглядом выразить всю глубину благодарности.

Драконица ей, конечно не поверила, но сына взором окинула. Отметила и камзол с гранатовой нитью в петлице, символизирующей обручение, и общий цветущий вид. Потом вернулась к Лизе и прикипела взором к скромной цепочке черных бриллиантов, ненавязчиво сверкающих на шее внезапной невестки.

Полный комплект Лизавета надевать не стала, решила, что лучшее — враг хорошего. Зато под взглядом маменьки небрежно расправила рукавчик платья, пошитого из драгоценнейшего паутинного шелка. Жемчужного цвета ткань с вплетенными переливчато-золотистыми крылышками бабочек мягко облегала фигуру, пышные рукава зрительно делали талию тоньше, а цвет ткани подчеркивал голубые глаза иномирянки и роскошный блеск ее светлых волос.

Драконица не нашла к чему придраться, как не искала: вид у невестки был выше всяких похвал.

— Ну что ж, — удовлетворительно кивнула хозяйка гнезда, — приветствую молодых в своем доме.