Между оборотнем и драконом [СИ]

— А теперь нужно завершить ансамбль! — воскликнул наг, игнорируя скепсис. — Сударыня, прошу сюда. Господин д’Эверон, где они?

Кто «они», наг не сказал, но Эйф, судя по загадочной улыбке, все понял. И его улыбка Лизе совсем не понравилась. Что опять задумал этот шельмец?

К ее удивлению, дракон и тролль поднялись, когда она села в кресло. Дракон сделал пасс рукой, будто доставая что-то из воздуха, и на столе, рядом с потертым саквояжем, появился резной сундучок.

Щелкнул замочек, и Эйф театральным движением откинул крышку.

— Ух ты! — икнул тролль, заглядывая в недра.

— Потрясающе! — простонал наг, прижимая руки к груди. — Вы были правы, господин д’Эверон, это камни непревзойденной красоты! Они не затмят, а подчеркнут характер вашей возлюбленной.

— Ну ты даешь! — присвистнул Ыргын. — Это же… это же…

И тут же захлопнул рот, получив от дракона предупреждающий взгляд.

— Так, — Лиза уперла руки в бока и оглядела обоих, — Эйф, ты ничего мне не хочешь сказать?

То ли вид у нее был в тот момент очень грозный, то ли сказалось драконье воспитание, но рыжик едва не расплылся лужицей у ее ног:

— А ты, Ыргын? — прищурившись, она посмотрела на тролля.

— А я что? Я ничего! — прогундосил тот, прикидываясь ветошью.

И бросил тоскливый взгляд в сторону дверей, куда ретировался оборотень.

— Что там у вас? — Лиза кивнула на сундучок.

Мужчины ловко оттеснили нага от столика и как-то уж слишком подозрительно заулыбались.

— Это мой подарок вам, госпожа, — заюлил Эйф, предчувствуя, что правду ни в коем случае нельзя говорить.

Потому что эта странная иномирянка не похожа на женщин его расы, да и вообще не похожа на местных женщин. Она привыкла всего добиваться сама. Отказалась от золота и изумрудов. И уж точно откажется от его бриллиантов. А он…

Он этого не вынесет. Такой удар по самолюбию просто убьет его!

— Небольшой презент к вашему платью, — улыбнулся он, пряча эмоции за маской легкомысленного светского щеголя. — Позвольте, я сам.

Лиза выжидательно выгнула бровь.

В руках дракона блеснула нитка черных камней, в гранях которых играли и переливались всполохи света.

Обойдя Лизу, Эйф накинул нить ей на шею и обернул несколько раз. Пара витков легли поверх ключиц, три последующие — упали на грудь, шестой, самый длинный, опустился до талии.

От рук дракона исходил волнующий жар, пробуждавший мурашки на коже Лизы. Каждый камешек был размером с гранатовое зернышко и приятно холодил разгоряченную кожу.

Подняв взгляд, Лизавета уставилась на свое отражение в зеркальной стене.