Драконоборец

– Привет, Остролист! – весело пробасил Вереск, приближаясь к лестнице.

– Я Наперстянка, сэр, – ответила дозорная.

Наперстянку Лиана почти не помнила, хотя та окончила школу и пошла учиться на дозорного всего пару лет назад. На голове у девушки был короткий ёжик темных волос, а травянисто-зеленая форма еще не помялась и хранила опрятный вид. Но самое главное – невозможно было прочесть выражение лица Наперстянки. На Вереска она смотрела без обожания, не то что большинство горожан. Её взгляд был спокоен, сосредоточен … даже холоден. Лиана попыталась изобразить такую же мину. Вот бы научиться показывать ее подругам – они тогда здорово удивятся.

– Драконов сегодня не видать? – спросил Вереск, будто не слышал дозорную.

– Нет, сэр.

– Жаль, жаль. – Он хрустнул костяшками. – Жду не дождусь, чтобы познакомить еще одного с моим острым приятелем. – Он с ухмылкой похлопал по мечу у пояса.

Наперстянка молча вскинула брови.

– Ну ладно, скоро вернусь, – сказал Вереск и взялся за лестницу.

– Сэр, – окликнула его Наперстянка. – Мне положено спросить, с какой целью вы идете наружу. Это ваш же указ, сэр.

Вереск нахмурился:

– Это других спрашивать положено, а я ДРАКОНОБОРЕЦ и лорд Доблести.

– Я думала, что перед законом все равны, сэр, – спокойно ответила Наперстянка.

Лиана затаила дыхание. Она знала выражение, застывшее сейчас на отцовском лице: Вереск готов был взорваться от гнева.

Однако злость сменилась масляным взглядом, таким же масляным, как ладошки Лианы после сбора урожая оливок.

– А ты молодец, Остролист, – шутливо погрозил он пальцем. – Люблю, когда подданные соблюдают законы. Куда же мы без них, да?

– Я Наперстянка, сэр, – снова поправила его дозорная.

– Я собираюсь наружу, чтобы оценить состояние садов, – важно ответил отец. – Проведать сборщиков урожая, как и положено лорду. Ты, главное, не переживай.

Наперстянка снова коротко кивнула, отойдя от лестницы и уступая дорогу. Отец полез наверх, даже не попрощавшись.

Лиана задумалась и потерла виски. Как пробраться мимо Наперстянки? Ни один уважающий себя дозорный не выпустит восьмилетнюю девочку наружу одну. Если только попросить о-очень вежливо. Лиана всегда была за вежливые просьбы. Они неизменно работают, по крайней мере, со взрослыми.

Однако Наперстянка – подросток, а это нечто среднее между взрослым и ребенком, и ждать от неё можно чего угодно. Как мудро говорила Фиалка, подростки – они необъяснимые.

Однако попытаться было нужно, иначе Лиана рисковала упустить отца.

Она выскочила из-за скамьи и устремилась прямо к Наперстянке. На один чудесный миг на лице дозорной промелькнуло удивление, которое тут же сменилось обычным хладнокровным выражением, говорящим: «Эка невидаль».