Драконья тьма

Вот если бы удалось заполучить тот волшебный свиток Мракокрада… если бы Беда не сожгла его… Тогда и он, Вихрь, мог бы наделать дел. Столько всего изменил, бы, столько исправил, обладай он и сам чем-нибудь этаким, будь он хоть сколько-нибудь особенным!

Увы, он самый обыкновенный. Бесполезный комок веснушчатой чешуи, как все три первые года жизни убеждали его и мать, и сестра с братом. Их голоса до сих пор то и дело звучали в голове, повторяя, какое он ничтожество. Дракончик старался не вспоминать те времена, больше думать о своей жизни у Вольных когтей, но любая мелочь вновь наполняла его голову горькими мыслями.

Даже мелочь, а тем более свиток! Держал уже в когтях – невероятную, бесконечную власть… И потерял навсегда.

Жар пустыни вновь опалял его чешую, в ушах звучали ехидные, презрительные смешки.

Гнездо скорпионов, где рос маленький Вихрь, кишело ворами и мошенниками, вымогателями и наёмными убийцами. Однако все знали, что для тонкой и опасной работы годится только один специалист, которому нет равных – родная матушка Вихря.

Звали её Коброй, и была она дочерью одного из королей преступного мира. В узких кругах о её подвигах ходили легенды. Когда на свадебном пиру у королевы Пурпур внезапно скончались сразу трое гостей, все подозревали один из ловко состряпанных ядов Кобры, но никто не смог ничего доказать. Затем две сестры королевы Оазис таинственно исчезли посреди ночи. Конечно, тут могла быть причастна и сама королева, но зачем ей пачкать когти, когда проще нанять Кобру?

Ходили даже слухи, что уже после гибели королевы убийство друг друга пытались заказать Кобре все три песчаные принцессы, но она отказала, потому что война между ними приносила ей куда больший доход.

Маленький Вихрь всё это слышал, а ещё знал, что самой большой тайной для обитателей Гнезда скорпионов было зачем Кобре понадобилось заводить драконят и почему они ещё живы. Впервые он подслушал эти разговоры, когда воровал из-под стола монетки в уличной таверне:

– Драконят она ненавидит… И как только терпит аж целых троих – шумят, жрут, по дому вечно шастают…

– Вот увидишь, скоро ей надоест. Им сильно повезёт, если успеют сбежать…

– Особенно тому тощенькому…

Ага, тому, с пятнистой чешуёй на морде. Который много болтает, слишком много замечает и вечно таскается за мамашей, как привязанный. Ему, Вихрю.

Все знали, что Кобра терпеть не может своих драконят, а его особенно, однако Вихрь никак не хотел верить – даже когда она говорила это сама.

Поверил, только когда мать его продала.

Он помнил первые три года своей жизни гораздо лучше, чем другие драконята."

"Помнил душную вонь заплесневелых ковров на стенах и полах, смешанную с кухонной гарью и запахом жареного кориандра.