Драконья тьма

 – Ты поможешь мне править Пиррией, мама! Тогда мне никто больше не понадобится… – Он растерянно потёр лоб. – Почему я не вижу такого будущего?

– Потому что я никогда на него не соглашусь, – печально ответила Люта.

– Погоди, Мракокрад! – снова вмешалась Луна. – У меня теперь новое видение – с тех пор как Яшмовая гора не рухнула. Даже сперва думала, что не видение, а так просто, но оно повторяется снова и снова.

– Из которого будущего? – Мракокрад рассеянно уставился вдаль. – Где Вихрь стал дракомантом? Мне оно нравилось, хоть и не очень вероятное. А остальные пути… все они не идеальны. Ясновидица нигде не получается, как надо. Ледяное королевство завоёвывать трудно, да и зачем мне замороженная пустыня? Морских драконов вообще победить нельзя – только успокоишь, снова лезут. Радужные… С ними драться всё равно что с невидимыми мотыльками – только эти ещё норовят подобраться во сне и плюнуть ядом. – Он досадливо потёр глаз. – Из-за этих проклятых серёг всё сразу стало гораздо труднее. Устал, просто сил нет, а ведь ещё даже не начал!

Дракон улёгся на траву, вытянул шею и положил голову к лапам матери.

– А главное, зачем всё это? – печально вздохнул он. – Ясновидицы больше нет, и у меня никогда не будет драконят. Я больше никого не полюблю. Ты мой единственный друг, Луна, вот и будете с матерью всю жизнь меня воспитывать… Такое будущее ты видишь, да?

– Не совсем, – ответила Луна, глядя, как он срывает хрупкий от инея пурпурный цветок и растирает в когтях. – Мне кажется, ты этого увидеть не сможешь.

Он обиженно поднял голову.

– Почему вдруг? Тебе видно, а мне нет?

– Да, мне так кажется. Это видение о дракончике, который растёт в дождевом лесу. Любит плести циновки из лиан и распевать песни… А ещё обожает землянику, летает с друзьями в горы собирать её, а потом варит варенье и печёт пироги. Даже сочинил песню «Земляничные воришки», которая стала гимном ежегодного праздника земляники… – Луна помолчала, задумчиво глядя на Мракокрада. – Он живёт простой, счастливой жизнью. Женился, завёл двоих забавных драконят, которые то и дело норовят стащить землянику, веселят и радуют его, а в конце провожают в последний путь, когда он тихо умирает во сне.

– Хм… – озадаченно нахмурился великан, встречая её пристальный взгляд, – не знаю, кто бы это мог так любить землянику. Я никогда её не пробовал – на вид там одни сплошные семечки.

– Да ты что! – рассмеялась Луна. – Ничего подобного, она очень вкусная, попробуй.

– Кстати, она и тут на горе попадается, я видела. – Люта наклонилась и пошарила в траве под лапами. Сорвала большую тёмно-красную ягоду и протянула сыну.

Он взял земляничину за стебелёк и стал с подозрением разглядывать.