Драконье серебро

— Гад замороженный! Да когда же ты уже поймешь? Ненавижу тебя! — выдохнула Солвейг, развернулась на пятках и бросилась прочь."

"Рэм поймала ее на пороге. Поймал, стиснул, ошалело мотая головой от нахлынувших чувств. И потащил обратно в дом. Разбираться, что именно он еще не понял.

* * *Почти лето…

Проснулась я на заре. Открыла глаза, ощущая внутри предвкушение, потянулась. Посмотрела на вторую половину кровати — пусто. Сегодня я ночевала одна. И вчера, и даже позавчера. Десять дней. Такова еще одна традиция фьордов. Жениху, перед тем как надеть пояс на избранную деву, нельзя не только прикасаться, но и смотреть. И бедный Дьярвеншил уже считает минуты, потому что устал от вспышек ярости своего риара.

Краст старается держаться, но служанки закатывают глаза и смеются, что через девять месяцев в городе родится столько детей, что придется построить еще десяток улиц!

Сегодня день нашей свадьбы.

— Лирин!

В комнату ворвалась Анни, сверкая глазами и улыбаясь во весь рот. Следом вошли еще две прислужницы, торжественно неся на вытянутых руках платье. Над созданием моего свадебного наряда трудилось несколько искусных мастериц и сама йотун-шагун. А как известно, нет на фьордах вышивальщицы искуснее.

Я помогала как могла, но, честно говоря, толку от меня было мало. Шить и вышивать я сроду не умела.

Пока прислужницы расправляли ткань, сбежала в купальню. К весне Краст наладил водоснабжение, теперь вода текла без перебоев и теплая. Подобные трубы риар решил провести по всему городу. Чем мы хуже того же Нероальдафе? — сказал он. Не хуже. Значит, и у нас будут трубы, канализационные стоки, мостовые и прочие блага. Не сразу, но будут. Почему-то я даже не сомневалась, что Краст сделает то, что задумал. В городе уже посмеивались — если риар Дьярвеншила решил, то хоть Горлохум извергнется, а будет так!

— Лирин, не спи, риар ждет уже!

— Иду.

Выбралась из купальни и тут же попала в умелые руки девушек. Меня нарядили в светлый шелк, расшитый драконами, усадили на стул и принялись заплетать волосы. Анни деловито пристроилась рядом, я даже моргнуть не успела, как на лицо легли первые мазки краски!

— Может, не надо? — пискнула я.

— Надо, лирин! — хором отозвались прислужницы.

Пришлось смириться. И снова впасть в прострацию. Я выхожу замуж. Я выхожу замуж! На фьордах! За ильха!

Боги, это не укладывается в моей голове! Неужели не сон? Неужели я действительно жива, мое сердце бьется ровно и сильно, а сегодня самый изумительный мужчина на свете наденет мне пояс и назовет своей?

Я всхлипнула.

— Не реви! — строго оборвала мою попытку расчувствоваться вредная Анни. — Потом поревешь. Завтра. Я что, зря старалась?

Я кинула на мерзавку гневный взгляд. Даже поплакать не дает, язва мелкая!

— Я стану женой!

— Ну да.