Драконье (не)счастье, или жена возврату не подлежит (СИ)

— Сейврин, встаньте! Что с вами? — Он подошёл и взял её за руку. Девушка послушно встала. А я зачем-то прикрыла глаза и ахнула. Между ними протянулась серебристо-рыжая нить. Такая же, какая связывала меня и Эверена. Это что получается, они теперь женаты?

— Ваше Величество! — Один из феев, более пожилой, чем все остальные, обратился к принцу. — Это — Дева Войны.

— Ну и что? — Ксав недоуменно пожал плечами. — Ваша Дева мёрзнет. Накинули бы на неё какую-нибудь одежду.

— Это теперь ваша Дева.

— Как это? — Изумился принц.

Фей вздохнул и заговорил с ним, как с неразумным.

— У нас существует обычай, точнее существовал давным-давно. Когда идёт война, любая девушка может пожертвовать собой. Она отрекается от своего рода, своей семьи и своей магии, принеся себя в жертву за свой народ, произносит ритуальную фразу и выходит замуж за своего врага. После этого война закончена. По факту, кто первым после этого поднимет оружие, тот безумец обрекается на проклятье.

Ох, как у них тут всё сложно. Одни проклятья за проклятьями. И что-то мне совсем не понравилось, как Ксав посмотрел на эту жертву перед собой. Правильно, она спутала ему все планы и из короля миротворца и победителя, он превратился в пешку в чьей-то игре и я даже знаю в чьей. Потому что как-то сомневаюсь, что сама девушка добровольно додумалась до такого обычая. Да и девушка выглядела совсем бледной и поникшей и только ярким пятном выделялись её волосы. Бедная! Интересно, что ей пообещал Марг? А точнее, чем угрожал?

— И что, теперь вот это вот моя жена? — Ксав посмотрел на девушку с таким непередаваемым выражением, что я снова пожалела её.

— Да, — кивнул фей. — И не советую с этим шутить. Это старинный и древний обычая и связывает крепче связи риис.

Тут мы с Ксавом, видимо, синхронно, подумали о Смайзе. Всё можно убрать. Ну или почти всё.

— И как же тебя зовут, жена? — Выплюнул Ксав.

— Эмилия, — она ответила тихо, голос дрожал.

— Замечательно, Эмилия. Не стой голой, накинь, — Помолчав немного, всё-таки произнёс принц и накинул девушке на плечи свой серебрянный мундир. — И что же теперь нам делать с троном? Вопрос ведь так и не решён.

— Кажется, всё стало проще, — тот же немолодой фей взял слово, только голос его звучал уже не так уверенно. — В старинных книгах упоминалось, что на трон может воссесть та, что закончила войну. — И посмотрел на меня.

А я что? Я же говорила, что трон мне совсем не нужен, поэтому милостиво кивнула.

— Ну иди что ли, сядь на трон, королева, — процедил Ксав, подталкивая Эмилию к трону. За что он с ней так? Вряд ли бедняжка мечтала о таком, судя по выражению её лица. Эх, расспросить бы Марга. Но боюсь, мне не представится такого случая.

Девушка медленно подошла к трону и зашагала по ступенькам, обречённо и едва ли не спотыкаясь.