Сердце Дракона, Часть I

Спустя же пару минут на лугу зарычало нечто, что заставило дрогнуть сердце Хаджара.

Не испугаться, нет-нет, но дрогнуть.

Из камня, привязанного к стреле, на волю вырвалась призрачная фигура исполинского волка.

Проклятье! Да тот был размером с КамАЗ, а аура от него шла такая же, как от имперского наместника!

Волк-вожак, чей дух непонятно как призвали охотники, зарычал и бросился на оленей. Те, спасаясь от призрачных клыков, тут же рванули в сторону леса, где их уже поджидали охотники.

Волк-вожак рычал всего пару мгновений. Его дух исчез уже спустя два удара сердца, но испуганные олени неслись сломя голову в сторону спасительных деревьев и холмов.

“По глазам!” — отпальцевал Робин.

Забравшись на ветви деревьев, охотники начали пускать одну стрелу за другой. Стадо, обезумевшее от страха, бежало все дальше и дальше, не обращая внимания на то, что позади падают их сородичи.

Самые старые и слабые.

Именно они падали жертвами метких выстрелов. Ни одна из стрел так и не срезала ни единого волоса со шкур животных. Все ложились точнехонько в глазницы.

Охотники выпускали их спокойно. Легко и непринужденно они натягивали свои крепкие, тяжелые луки. Пусть и небольшие, но такие тугие, что не каждый королевский лучник смог бы полностью “открыть” их.

Когда же на землю упало десять особей, Робин поднял кулак.

“Хватит” — означал сигнал.

Не было никакого смысла убивать больше, чем они смогут безопасно донести до деревни. И уж тем более столько, чтобы привлечь…

Внезапно раздался человеческий крик, а в том месте, где сидел в засаде Ирий, вспыхнул столб пламени. Высотой в два метра, а шириной почти в половину, он заставил на мгновение зажмуриться Хаджара.

Когда же он открыл глаза, то над обгоревшими остатками Ирия возвышался исполинский олень.

Два с половиной метра в холке, его величественные рога украшало ревущее алое пламя.

Зверь стадии вожака пришел отомстить за своих сородичей.

 — Уходим! — закричал Робин, но было поздно.

Остальные олени, видимо, подчинившиеся “приказу” их предводителя, окружили опушку. Они опустили вниз рога и встали кругом, готовые нанизать любого смельчака, который решит преодолеть их заслон.

“И кто на кого охотился? — подумал Хаджар, поудобнее перехватывая дротик. — Мы на оленей или…”

Робин, не мешкая, выпустил в полет сразу три стрелы. Не разом, естественно, а одну за другой. Каждая из них метила в главные точки. Две летели в глаза, а последняя метила в сердце.

Олень, фыркнув ноздрями, топнул копытом. Из пламени, кружившего вокруг его рогов, вырвались три огненных шара. На лету они испарили стрелы старца.

— В сторону! — крикнул тот и оттолкнул Хаджара.

Огненные шары врезались в дерево, выжигая в нем несколько отверстий.